Архив

ФМС отчиталась о роли мигрантов в жизни Москвы

В Москве одномоментно находятся около 850 тыс. иностранцев, сообщила в четверг руководитель столичного управления Федеральной миграционной службы Ольга Кириллова.

«Ежегодно на миграционный учет в Москве становится более миллиона иностранных граждан, одномоментно (находятся) порядка 850 тысяч», — сказала она, передает РИА «Новости».

Население Москвы, по данным Госкомстата, составляет, по данным на 2013 год, около 13 миллионов человек. То есть доля мигрантов в Москве — только около шести с половиной процентов от всего населения столицы.

По ее словам, практически половина от всех иностранцев в Москве — граждане Узбекистана, Киргизии и Таджикистана, их немногим менее 400 тысяч человек.

«За три месяца текущего года на миграционный учет в Москве было поставлено более 390 тысяч иностранных граждан», — добавила Кириллова.

Она отметила, что в ФМС обеспокоены тем, что приезжающие иностранцы из ближнего зарубежья все хуже знают русский язык.

«У граждан вызывает раздражение, что представители среднеазиатского региона приезжают все в большем количестве и с меньшим знанием русского языка», — отметила глава управления.

По ее словам, в предыдущие годы рост преступности среди иностранцев в Москве был незначительным.

«В этом году, начиная с января, согласно статистике наблюдается значительный рост преступности среди приезжих: либо раскрывать стали лучше, либо что-то изменилось. Я больше склоняюсь к мнению, что лучше стали раскрывать», — сказала Кириллова.

Она уточнила, в этом году зафиксировано 3,3 тысячи преступлений, совершенных иностранцами, тогда как в прошлом их было 2,3 тысячи.

«То есть рост примерно на 40%, значительный рост», — сказала Кириллова.

По мнению Кирилловой, такая статистика говорит скорее не о том, что преступлений действительно стало больше, а о том, что правоохранительные органы стали работать лучше.

«Это скорее не показатель увеличения преступлений, а во многом цифры, характеризующие улучшение раскрываемости преступлений, результат взаимодействий всех правоохранительных структур, оперативный информационный обмен», — сказала Кириллова.

Она рассказала, что в последнее время шире стала применяться база дактилоскопической регистрации. Так, если раньше отпечатки пальцев снимали только у нарушителей закона, то теперь процедуру дактилоскопии проходят в обязательном порядке и иностранные граждане, желающие осуществлять трудовую деятельность.

«На фоне общего количества совершенных преступлений (около 44 тысяч) цифра более трех тысяч преступлений, совершенных иностранными гражданами, не столь высока», — отметила Кириллова.

Иначе говоря, из ее слов можно сделать вывод, что иностранные граждане совершают около 7,5 процентов преступлений в Москве, что почти соответствует их процентному количеству от населения в городе, как указано выше. Таким образом, если верить официальной статистике, мнение о том, что мигранты совершают основную часть преступлений в Москве, неверно.

В феврале глава столичной полиции Анатолий Якунин заявил, что около 50% раскрытых преступлений в Москве совершают иногородние граждане, из них 17% — выходцы из ближнего зарубежья.

В марте прокурор Москвы Сергей Куденеев заявил, что доля преступлений, совершенных мигрантами, составляет 20%. Тогда же замруководителя ФМС Анатолий Кузнецов заявил, что, по данным его ведомства, всего в России сейчас порядка 3 миллионов нелегальных мигрантов.

«Статистика, безусловно, несколько занижена, — сказал газете ВЗГЛЯД директор Института демографических исследований Игорь Белобородов. — Раскрывается далеко не все.

Не думаю, что было какое-то радикальное изменение доли преступлений, — считает он. — В какой-то момент в середине 2000-х сказали, что мигрантов стало гораздо больше. А потом выяснилось, что просто изменили правила статистического учета, и те мигранты, которые раньше были не видны, попали в поле зрения статистики. Думаю, что здесь то же самое: возможно, в МВД произошли какие-то структурные изменения, возможно, этому вопросу стали уделять внимание. Возможно, наконец, хотят всерьез решать эту проблему...

Вряд ли раньше было намного лучше. С другой стороны, в азиатском регионе подрастает поколение, которое даже не знает русского языка. Оно принципиально другое. Сорокалетние граждане Узбекистана более интегрируемы в рабочий процесс, хотя с интеграцией непосредственно в культуру все равно остаются проблемы. Что касается тех, кто едет сюда в 18-20 лет, — это поколение воспитано на других ценностях, оно более модернизированное и, к сожалению, более конфликтное...

Дело не в национальностях. Попадая в страну приема, где все культурное пространство является для мигранта чуждым, мигрант первоначально испытывает некий адаптивный шок. С другой стороны, он не считает для себя принимающую сторону некоей референтной группой, с которой он себя мог бы ассоциировать. А если учесть, что те вещи, которые он здесь наблюдает, начиная от распития пива и заканчивая короткими юбками, совершенно противоречат его взглядам, ценностному набору, культуре...

C одной стороны, возникает вопрос: если тебе что-то не нравится, зачем ты сюда приехал? С другой стороны, ответ тоже понятен: приехал, чтобы улучшить свое материальное положение, и не только приехал, но и создал миграционную сеть. Вот он, механизм совершения правонарушений: среда, нормы которой, будь то законодательство или культурные стандарты, он спокойно обходит, никаких психологических барьеров здесь нет. И есть еще спусковые крючки, когда в 80% случаев в миграционном потоке преобладают мужчины трудоспособного возраста, надолго лишаются возможности удовлетворения своих сексуальных потребностей, находясь в атмосфере всеобщего доступа к удовлетворению потребностей вне брака, и у них где-то иногда „срывает крышу“».


Дата публикации: 2013-04-11 00:39:54