Архив

Жилищные условия и жизненный цикл семей

«Демографические исследования», № 3

Александр Синельников — к.э.н, доцент кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.

Процесс ренуклеаризации семей и жилищная проблема

Характеристика жилищных условий семей

 


Процесс ренуклеаризации семей и жилищная проблема

Одним из самых важных социально-экономических параметров, характеризующих каждую семью, являются жилищные условия. В США и странах Западной Европы, а также в других, пусть даже и менее развитых странах с рыночной экономикой, жилищные условия хотя и имеют огромное значение для каждой семьи, но полностью определяются ее доходами с одной стороны, и составом самой семьи, с другой. При неизменной потребности в детях, демографический тип семьи (число ее членов, в т.ч. детей разного пола и возраста) определяет ее потребность в жилье (или спрос на жилье), а доходы семьи делают этот спрос в той или иной степени платежеспособным. Когда, например, в семье появляется еще один ребенок, и, если доходы позволяют, то семья может купить или снять дом или квартиру большего размера, а прежнее жилье продать или сдать в аренду другой семье.

Напротив, когда размер семьи уменьшается из-за отделения взрослых детей от родителей либо из-за развода и при этом сократились доходы оставшихся в жилище членов семьи, то им становится трудно оплачивать слишком большой дом или квартиру и приходится подыскивать себе новое жилье поменьше и подешевле. Иначе говоря, в условиях рыночной экономики люди в меру своих финансовых возможностей приспосабливают свои жилищные условия к своим семейным обстоятельствам. Разумеется, одинокий богатый человек может занимать двухэтажный дом, а бедная семья с тремя детьми — двухкомнатную квартиру. Но резкие изменения в уровне доходов или в составе семьи, как правило, приводят и к смене жилья на большее или меньшее. Поэтому, хотя и в странах Запада часть семей имеет плохие, по тамошним понятиям, жилищные условия, многие социологи и экономисты из этих стран не считают жилищную проблему отдельной проблемой. Она является производной от материальной проблемы, т.е. от уровня жизни.

Однако в бывшем СССР эта проблема была именно отдельной проблемой. Практика бесплатного предоставления жилья государством учитывала демографический состав семей, но не их доходы. И высокообеспеченные (по советским понятиям) и среднеобеспеченные, и малообеспеченные семьи чаще всего получали жилье по формуле: число комнат равно числу членов семьи минус единица. Семья из 2 человек (супруги без детей) получала однокомнатную квартиру, из 3 человек (муж, жена и ребенок) — двухкомнатную, из 4 человек (супружеская пара с двумя детьми) — трехкомнатную.

На очередь ставили семьи, в которых число квадратных метров на одного человека не превышало санитарную норму (в Москве она составляла 5 метров). Ожидание обычно было долгим, часто даже более 10 лет — и все это время жилищные условия семьи не соответствовали ее демографическому составу. Если семья с одним ребенком получала двухкомнатную квартиру, а потом рождался второй ребенок, это не было основанием для получения трехкомнатной квартиры — даже в малогабаритных двухкомнатных квартирах число квадратных метров на одного человека превышало санитарную норму в 5 и даже в 7 метров.

Если семья с двумя детьми получала трехкомнатную квартиру, а затем рождался третий ребенок, то рассчитывать на дальнейшее улучшение жилищных условий было еще труднее. Санитарная норма, хотя ее неоднократно повышали, оставалась непреодолимым препятствием для получения нового жилья большей площади. Кроме того, квартиры из четырех и более комнат тогда почти не строились. Поэтому семьи ориентировались на малодетность[1].

В советское время скудные доходы огромного большинства городского населения не позволяли семьям самим покупать жилье. Но даже те семьи, которые имели средства на кооперативные квартиры, не могли приобретать их свободно. Для приема в кооперативы тоже существовали санитарные нормы, хотя и несколько более высокие, очереди на кооперативные квартиры тоже растягивались на несколько лет, хотя и не так надолго, как на бесплатное жилье. Сами кооперативные квартиры считались собственностью кооператива в целом, а купившие их люди были собственниками только кооперативного пая. Если их дети не были прописаны вместе с родителями, то они не могли унаследовать эти квартиры, а получали только паевые суммы.

Как правило, в те времена люди получали жилье один раз в жизни. Семейные же обстоятельства у каждого человека меняются несколько раз в жизни — при вступлении в брак, при рождении каждого из детей, при отделении взрослых детей от родительской семьи, а также после смерти супруга, а во многих случаях и после развода. При низких доходах большинства населения, практика бесплатного предоставления жилья государством имела свои преимущества — в стране почти не было бездомных, квартирная плата была очень низкой и за ее неуплату не выселяли. Однако такая практика не была приспособлена к жизненному циклу семьи и личности и недостаточно учитывала изменение семейных обстоятельств на разных этапах этого цикла. Поэтому многие супружеские пары были вынуждены жить совместно с родителями, а разведенные супруги нередко оставались под одной крышей.

В послесоветское время практика бесплатного предоставления жилья была сильно сокращена, а очереди на это жилье стали еще более долгими. До сих пор не могут получить жилье сотни тысяч семей, многие из которых стали на очередь еще в советское время. Сейчас основанием для предоставления жилищных субсидий стали, кроме плохих жилищных условий, также и низкие доходы семей. Однако подавляющее большинство семей, доходы которых такого права им не дают, на самом деле не имеют никакой возможности купить или даже снять квартиры за свой счет. Их доходы крайне низки для формирования полноценного рынка жилья. Рыночные отношения в жилищной сфере утвердились в условиях огромного неудовлетворенного спроса на жилье, но этот спрос по большей части неплатежеспособен.

Рынок жилья в России, в отличие от западного, ориентирован не на то, чтобы обеспечить всех или почти всех граждан собственным или съемным жильем разного качества и размера соответственно их доходам, а на то, чтобы предоставить дорогое жилье небольшой богатой части населения. Рынок оставляет за бортом не только бедных, но и людей со средним, по российским меркам, достатком. Ввод в действие нового Жилищного кодекса так же не способствует решению жилищной проблемы семей. Проекты решения этой наболевшей проблемы хорошо выглядят на бумаге, но что будет в реальности, покажет только сама жизнь.

Кроме того, систематическое повышение квартирной платы и тарифов на коммунальные услуги, а также недавняя замена традиционно предоставлявшихся пенсионерам, инвалидам и другим нуждающимся гражданам льгот на оплату того и другого неадекватными по размеру денежными компенсациями поставило миллионы людей перед угрозой выселения.

Таблица 1 — в Российской Федерации*

2000 2001 2002 2003
Число семей, состоящих на учете на получение жилья на конец года, тыс.
— многодетные семьи
248 236 226 219
— молодые семьи 282 263 255 254
Число семей, получивших жильё за год, тыс.
— многодетные семьи
7 7 5 5
- молодые семьи 17 16 16 17
Получили жилье за год в % к числу стоящих на учете
- многодетные семьи 2,8 3,0 2,2 2,3
- молодые семьи 6,0 6,1 6,3 6,7

* По данным Федеральной службы государственной статистики (ФСГС)

 

 

Ежегодно получает жилье лишь незначительная часть стоящих на учете: от 6 до 7% среди молодых семей и еще меньше — от 2 до 3% среди многодетных. Многодетные семьи к моменту предоставления им квартир часто уже перестают быть многодетными, поскольку старшие дети вырастают и отделяются от родителей. Когда молодые семьи дожидаются жилья, они обычно уже не молодые и трудно ожидать от них новых рождений. С демографической точки зрения более целесообразно предоставлять им кредит на покупку квартир, и списывать часть этого кредита при рождении каждого ребенка, а при рождении третьего (с этого момента в России семья официально признается многодетной) списывать его полностью. По данным социологического исследования в Новгородской области в 2003 году: «Среди мер, которые, по мнению респондентов, могли бы повлиять на их решение иметь больше детей, чаще всего упоминались кредиты на покупку или строительство жилья с разными схемами его погашения при рождении детей»[2].

Однако широкому применению такой системы мешает непонимание всей остроты демографического кризиса в стране и отсутствие демографической политики государства, направленной на повышение рождаемости.

Большинство семей по-прежнему живут в сложных жилищных условиях. Изменить такое положение самостоятельно семьи, как правило, не могут из-за низких доходов. Больше всего нуждаются в таком изменении малообеспеченные трехпоколенные и многодетные семьи, что в итоге сказывается на снижении их престижа.

С демографической точки зрения, одним из показателей неудовлетворенной потребности в жилье может быть доля супружеских пар, проживающих совместно с родителями и родственниками. Во всяком случае, это гораздо важнее, чем традиционный показатель — число квадратных метров на одного человека. Супруги, проживающие с родителями даже в большой квартире, считают, что у них плохие жилищные условия, сколько бы метров не приходилось на каждого члена расширенной семьи.

По данным переписи населения 1970 г., в Российской Федерации 23% всех полных семей проживали совместно с родителями и родственниками, в 1979 г. их доля уменьшилась до 20,3%, в 1989 г. — до 18,1%. Однако затем начался обратный процесс, отчасти обусловленный влиянием рыночных факторов. По данным микропереписи 1994 г., среди всех частных домохозяйств с супружескими парами 21,9% включали в себя помимо самих супругов и их детей, также одного (или обоих) родителей мужа либо жены и(или) еще кого-то из родственников. По данным переписи 2002 года, этот показатель повысился до 23,6%, то есть оказался даже несколько хуже, чем в далеком 1970 году, несмотря на колоссальные масштабы жилищного строительства за 32 года, прошедшие между этими переписями.

Рисунок 1 — Доля семей, проживающих совместно с родителями и родственниками, среди всех семей с супружескими парами (в %), в 1970—2002 гг. (по данным переписей).

Увеличение доли расширенных семей происходило не только в период острого экономического кризиса начала 1990-ых годов, что и было зафиксировано микропереписью 1994 г., но и позднее, когда большая часть населения теоретически могла бы уже адаптироваться к новым условиям жизни. Этот рост продолжался, по крайней мере, до переписи 2002 года. Возможно, что он не прекратился и до сих пор. Ренуклеаризация семей, противоречащая как общемировым тенденциям, так и тенденциям советского периода, — это столь же долговременный процесс и с такими же неясными перспективами на будущее, как и сама адаптация семей в России к новым условиям жизни.

Всего за период между 1989 г. и 2002 г. доля расширенных семей увеличилась в 1,3 раза. Тот факт, что более трех четвертей (76,4%) среди всех полных семей остались нуклеарными, не дает правильного представления о масштабах торможения процесса отделения супружеских пар от родителей. Еще в первой половине 1980-ых годов, когда уровень нуклеаризации семей превышал нынешний (по переписи 1979 г. почти 80% полных семей были нуклеарными), выборочные исследования показывали, что в первые годы после брака большинство молодых пар живет с родителями, в дальнейшем же процесс их отделения от старшего поколения идет медленно и уровень нуклеаризации в 80% достигается после десяти лет супружеской жизни[3], причем не только за счет отселения молодых семей, но и из-за смерти их родителей.

Если в наше время примерно три четверти полных семей составляют нуклеарные семьи, то эта цифра относится ко всем супругам — от молодоженов до тех, которые уже отпраздновали серебряную и даже золотую свадьбу и родителей которых давно нет в живых. Молодые семьи, с малым стажем брака, являются нуклеарными значительно реже, чем все семьи, вместе взятые. В первые годы супружеской жизни они имеют немало проблем из-за вынужденного совместного проживания с родителями, что часто приводит к конфликтам, а порой и к разводам[4].

Если измерять увеличение доли нуклеарных семей в процентах, то оно может показаться не очень существенным: разница между 18,1% в 1989 году и 23,6% в 2002 году составляет всего 5,5%. Однако эта сравнительно небольшая цифра не дает правильного представления о масштабах процесса. В условиях массового экономического расслоения населения многим обедневшим семьям приходится объединяться с родителями и сдавать одну из квартир — свою или родительскую. Иначе они просто не могут выжить.

Снимают же у них квартиры те, которым удалось разбогатеть. Обычно это молодые люди, которые приспособились к новым условиям лучше, чем представители среднего, и, тем более, старшего поколения, нашли высокооплачиваемую работу или имеют собственный бизнес. Многие из них уже состоят в браке, стремятся отделиться от родителей, имеют на это средства и снимают (а нередко и покупают) квартиры у тех, кто вынужден был съехаться с родителями. Таким образом, процесс нуклеаризации богатых семей сочетается с процессом ренуклеаризации бедных семей.

Но если бы эти два процесса происходили совершенно синхронно и в одних и тех же масштабах, то доля нуклеарных семей не сократилась бы. В действительности же эта доля уменьшается, поскольку бедные семьи сдают и продают квартиры не только богатым супругам, желающим отделиться от родителей, но и состоятельным лицам, не состоящим в браке. Среди последних есть молодые люди обоего пола, которые не состоят в браке и не собираются создавать семью в ближайшее время, а просто хотят жить одни, чтобы не зависеть от родителей. Этот стиль жизни пришел из Западной Европы и США.

Снимают квартиры и разведенные мужчины и женщины, которые не могут разменять прежнее жилье. Кроме того, в качестве арендаторов жилья часто выступают мигранты, прибывшие как из других российских регионов, так и из стран ближнего и дальнего зарубежья. Многие из них приезжают без семей или вообще их не имеют. Нередко квартиры сдаются различным фирмам под офисы и вообще перестают использоваться как жилье. С учетом всех этих обстоятельств понятно, почему доля нуклеарных семей снижается.

Ренуклеаризация больше характерна для неполных семей, чем для полных. За 1989—2002 гг. число нуклеарных неполных семей возросло на 18,3%, а число расширенных неполных семей, в состав которых входит один из родителей одинокой матери (или отца) увеличилось на 41,3%. Разумеется, существуют и другие типы расширенных неполных семей, в частности те, в состав которых входят оба родителя одинокой матери (или отца). Число этих семей весьма значительно, но при переписи 1970, 1979 и 1989 гг. они не выделялись в особую группу, что не позволяет проследить динамику.

Однако есть все основания полагать, что объединение расширенных семей чаще происходит в тех случаях, когда это неполные семьи, то есть в среднем поколении нет супружеской пары, и(или) тогда, когда старшее поколение представлено одним человеком — как правило, пожилой женщиной, муж которой умер. В таких случаях конфликты между старшим и средним поколением менее вероятны, чем в полных расширенных семьях, где оба эти поколения представлены супружескими парами[5].

Кроме того, после повышения квартирной платы и тарифов на коммунальные услуги, а также замены для пенсионеров и инвалидов связанных с этим льгот неадекватными денежными компенсациями, многие одинокие пожилые люди будут вынуждены съезжаться с детьми и другими родственниками, и сдавать в наем свое прежнее жилье.

Следует иметь в виду, что все эти реформы имели место после переписи 2002 года. На данных переписи они не могли отразиться. Та степень ренуклеаризации семей, которую показывают данные последней переписи, отражает только невозможность для значительной части семей прожить как на пенсию, так и на зарплату еще до этих социальных реформ. После реформ данная группа семей, вероятно, увеличится.

Совместное проживание трех поколений в семье с точки зрения среднего (а нередко и старшего) поколения рассматривается как вынужденная и нежелательная ситуация. Многие семьи предпочитают рассматривать ее как временную и надеются, в случае повышения своих доходов, снова разъехаться. Однако влияние этого явления на воспитание младшего поколения не столь однозначно. Даже при вынужденном совместном проживании дети все-таки оказываются под присмотром дедушек и бабушек. Конечно, при этом есть противоречия между той линией воспитания, которую проводят родители, и теми установками на воспитание детей, которых придерживаются дедушки и бабушки. Принято считать, что последние слишком балуют детей.

Однако даже в нуклеарных семьях часто имеют место споры между супругами по поводу воспитания детей. Иногда они даже приводят к разводу[6]. Нет таких противоречий только в нуклеарных неполных семьях[7], где у ребенка всего один воспитатель — мать или (в редких случаях) — отец. Но вряд ли кто-то, кроме явных феминисток, будет на этом основании считать, что с точки зрения воспитания лучший тип семьи — это неполная семья.

Семьи, которые объединяются с родителями, чтобы сдать свои или родительские квартиры, почти всегда живут в тесноте. Они платят ухудшением жилищных условий за улучшение материальных. Теснота характерна и для многих нуклеарных семей — как полных, так и неполных. Но мерой этой тесноты является не столько число метров на человека, сколько разница между числом комнат в доме или квартире и числом членов семьи.

В прошлом, несмотря на все попытки советского государства предоставить всем семьям более или менее одинаковые жилищные условия, естественное демографическое развитие семей, а также миграционные процессы всегда создавали значительное неравенство в жилищных условиях. В послесоветское время это неравенство усугубилось, потому что на него теперь воздействуют не только демографические факторы, но и усиление социального расслоения.

Таблица 2 — Распределение населения Российской Федерации по типам занимаемых жилых помещений
(по данным переписи 2002 г., в процентах к общей численности)*

Всего Городские населенные пункты Сельские населенные пункты В процентах
Всего городские населенные пункты сельские населенные пункты
Все население 145166731 106429049 38737682 100 100 100
В том числе проживает:
- в индивидуальных домах 37609809 14466175 23143634 25,9 13,6 59,8
- в отдельных квартирах 96330241 81982204 14348037 66,4 77,0 37,0
- в коммунальных квартирах 2270936 2121697 149239 1,6 2,0 0,4
- в общежитиях 4721236 4457873 263363 3,2 4,2 0,7
- в институциональных учреждениях 2270074 1713821 556253 1,6 1,6 1,4
- в гостиницах 48032 42550 5482 0,0 0,1 0,0
- в других жилых помещениях 1121458 976251 145207 0,8 0,9 0,4
- бездомные 142559 134409 8150 0,1 0,1 0,0
Не указали тип жилого помещения 652386 534069 118317 0,4 0,5 0,3

* Рассчитано по: Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Том 11. М., 2005, таблица 1.

Характеристика жилищных условий семей

Перепись 2002 г. показала высокую степень неравномерности распределения жилья между разными группами населения. По данным переписи, в индивидуальных домах проживает четверть населения — 25,9%, в том числе 13,6% городского и 59,8% сельского. В отдельных квартирах живет две трети населения — 66,4%, в том числе 77% городского и 37% сельского. Последняя цифра свидетельствует об очень высоком уровне урбанизации сельской местности. Значительная часть сельских жителей, не переезжая в города, перешла к городскому образу жизни, проживая в многоквартирных домах городского типа, а многие к тому же и работают в близлежащих городах.

В коммунальных квартирах осталась очень небольшая часть населения — 1,6%. В общежитиях живет 3,2% населения, в институциональных учреждениях (больницы для хронически больных, дома-интернаты для престарелых и инвалидов, дома ребенка, детские дома, места лишения свободы и т.д.) — 1,6%. Остальные граждане проживают в других типах жилых помещений (или приспособленных под жилье), либо не указали типа жилого помещения либо вообще являются бездомными.

По переписи 2002 г., бездомные составляют всего 0,1% населения (145 тыс.). Вероятно, эта цифра занижена. Бездомные имели больше всего шансов быть пропущенными при переписи, которая проводилась путем обхода жилых помещений, а многие из них, по-видимому, уклонялись от переписи, не веря в ее конфиденциальность и опасаясь высылки и других неприятностей. Впрочем, это относится не только к бездомным.

Подавляющее большинство населения — 136,2 миллиона человек или 93,8% всех жителей России проживает в отдельных или коммунальных квартирах либо в индивидуальных домах. Из них 4,4 миллиона (3,1%) снимают жилье у отдельных граждан. Вероятно, их гораздо больше, поскольку многие не признаются, что являются квартирантами, поскольку живут без регистрации и не желают создавать себе проблемы, заявив об этом при переписи. Хозяева квартир, по понятным причинам, тоже часто не признаются, что сдают жилье. Данные переписи, безусловно, преуменьшают масштабы аренды жилья, но и по ним видно, что эти масштабы значительны.

Данные переписи обработаны и опубликованы таким образом, что соотношение между числом членов домохозяйства и числом занимаемых ими комнат можно определить для 131,8 миллионов человек (90,7% населения), которые живут в отдельных или коммунальных квартирах либо в индивидуальных домах и при этом не снимают жилье. Остальные 13,4 млн населения (9,3%) живут, как правило, в еще худших условиях.

Исходя из представлений человека со средними доходами, живущего в России, очень хорошими жилищными условиями следует признать такие, при которых число комнат превышает число членов семьи хотя бы на одну комнату. Например, если каждый член семьи имеет свою комнату, а одна комната является общей для всех — столовой или гостиной. Такие жилищные условия имеют не так уж мало людей — 12,8%. Однако данная цифра относится ко всем членам частных домохозяйств, включая домохозяйства, состоящие из одного человека. Она во многом сложилась за счет одиноких людей, в основном пожилых женщин, мужья которых умерли, а взрослые дети живут отдельно. Многие из этих людей занимают двухкомнатные и даже трехкомнатные квартиры или отдельные дома. Не случайно данная цифра ниже в городах — 11,7%, чем в сельской местности — 15,8%. Дело в том, что в городах уход детей из дома чаще всего связан с их вступлением в брак, а в селах не только с этим, но и с миграцией молодежи в города еще до брака.

Среди членов частных домохозяйств из 2 и более лиц (в данном случае понятия «домохозяйство» и «семья» почти совпадают) очень хорошие жилищные условия имеют только 9,1%. Как правило, это члены семей из двух человек. Среди этих семей есть неполные семьи, состоящие из матери (или отца) с ребенком или из бабушки (дедушки) с внуком. Однако в 86% семей из двух человек детей нет либо есть только дети старше 18 лет. Больше половины семей из двух человек (54%) составляют супружеские пары без детей. У некоторых из них, в том числе у молодоженов, детей нет. Но большинство среди семей из двух человек составляют семьи типа «пустого гнезда», т.е. супруги, от которых отделились все взрослые дети. Нередко эти пары занимают дома и квартиры из трех и более комнат. Однако и в данном случае показатель доли семей из двух и более человек, живущих в очень хороших жилищных условиях, не имеет почти никакого отношения к семьям с детьми вообще и к их воспитательному потенциалу в частности.

Таблица 3- Распределение населения Российской Федерации
по числу занимаемых комнат и размеру домохозяйств
(по данным переписи 2002 года, в процентах к числу лиц, проживающих в индивидуальных домах, отдельных и коммунальных квартирах и принадлежащих к домохозяйствам данного размера)*

Всего домохозяйств В том числе состоящие
из двух и более лиц Из трех и более лиц
Городские и сельские населенные пункты 100,0% 100,0% 100,0%
в том числе домохозяйства, в которых число членов домохозяйства и число комнат соотносится следующим образом:
Число членов домохозяйства меньше числа комнат 12,8% 9,1% 3,1%
Число членов домохозяйства равно числу комнат 25,0% 23,6% 16,8%
Число членов домохозяйства на одного человека превышает число комнат 31,8% 34,4% 38,0%
Число членов домохозяйства на двух и более человек превышает число комнат 29,8% 32,3% 41,6%
Число комнат не указано 0,5% 0,5% 0,5%
Городские населенные пункты 100,0% 100,0% 100,0%
в том числе домохозяйства, в которых число членов домохозяйства и число комнат соотносится следующим образом:
Число членов домохозяйства меньше числа комнат 11,7% 8,2% 2,6%
Число членов домохозяйства равно числу комнат 25,7% 24,1% 16,5%
Число членов домохозяйства на одного человека превышает число комнат 32,6% 35,3% 39,0%
Число членов домохозяйства на двух и более человек превышает число комнат 29,3% 31,8% 41,1%
Число комнат не указано 0,7% 0,7% 0,7%
Сельские населенные пункты 100,0% 100,0% 100,0%
в том числе домохозяйства, в которых число членов домохозяйства и число комнат соотносится следующим образом:
Число членов домохозяйства меньше числа комнат 15,8% 11,6% 4,2%
Число членов домохозяйства равно числу комнат 23,2% 22,3% 17,4%
Число членов домохозяйства на одного человека превышает число комнат 29,8% 32,2% 35,6%
Число членов домохозяйства на двух и более человек превышает число комнат 31,1% 33,7% 42,7%
Число комнат не указано 0,1% 0,1% 0,1%

* Рассчитано по: Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Том 11. М., 2005, таблица 2

 

Чтобы охарактеризовать жилищные условия последних, надо рассчитать соответствующие показатели для семей, состоящих из трех человек и более. С одной стороны, в 71% таких семей есть дети до 18 лет, с другой стороны, 86% несовершеннолетних детей, живущих в семьях, приходится на семьи из трех и более человек.

Среди членов семей из трех и более человек только 3,1% имеют очень хорошие жилищные условия — число членов семьи меньше числа комнат. Хорошие жилищные условия, когда число комнат равно числу членов семьи имеет 16,8% семей. В общей сложности лишь около 20% членов семей из трех и более человек имеют хорошие и очень хорошие жилищные условия, а у остальных 80% эти условия нельзя признать хорошими. В том числе у 38% жилищные условия можно признать более или менее удовлетворительными — им не хватает «всего лишь» по одной комнате на каждую семью, а у 41,6% эти условия явно неудовлетворительны - им не хватает по две комнаты и более. Этот фактор также оказывает весьма негативное влияние на жизнедеятельность семьи. Нехватка жизненного пространства может вызывать напряженность в отношениях супругов, сложности и конфликты между ними и старшим поколением (чаще всего в тяжелых жилищных условиях проживают сложные многопоколенные семьи), что отрицательно сказывается на детях, их психологическом самочувствии.

Воспитательный потенциал этих семей испытывает негативное влияние жилищной тесноты: дети не имеют отдельных комнат для игр, для выполнения домашних заданий, для сна. Нередко они ночуют в одной комнате с родителями. Эти проблемы усугубляются в семьях с детьми-подростками, особенно если их несколько и они разного пола.

Сегодня среди наиболее предпочтительных мер повышения рождаемости и стабилизации семьи нередко называют программы обеспечения жильем молодых семей. Однако при обеспечении жильем военнослужащих посредством жилищных сертификатов, инвалидов-чернобыльцев, детей-инвалидов и других льготных категорий граждан, расходы государства для реализации любых форм жилищных льгот и субсидий, льготных кредитов на покупку жилья, говорят о том, что этими льготами может воспользоваться незначительное количество семей.

По-видимому, нынешние программы обеспечения жильем молодежи могут иметь скорее пропагандистское значение, чем демографический эффект. По-прежнему остаются миллионы не охваченных этими программами семей (причем не только молодых), для помощи которым у государства нет финансовых возможностей и которые отложили рождение детей или вообще отказались от него из-за проблем с жильем. Поэтому, по мнению некоторых ученых, жилищную проблему более справедливо решать в общем контексте реформирования социальной сферы, развития ипотеки, совершенствования распределительных отношений [8].

Рисунок 2 — Распределение числа членов семей из трех и более человек по соотношению между размером семьи и числом комнат (по данным переписи 2002 г., в %).

Доля населения, проживающего в неудовлетворительных жилищных условиях очень велика как в целом по России, так и во всех без исключения регионах. В наихудшем положении находятся 14 из 89 субъектов РФ, где более половины членов семей из 3 и более лиц имеют неудовлетворительные жилищные условия. Это Республика Тыва, Агинский Бурятский автономный округ, Коми-Пермяцкий автономный округ, Усть-Ордынский Бурятский автономный округ, Республика Марий Эл, Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономный округ, Республика Башкортостан, Чувашская Республика, Республика Бурятия, Ненецкий автономный округ, Читинская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Республика Татарстан, Республика Ингушетия.

Все вышеупомянутые регионы (кроме Читинской области) относятся к числу национальных автономий, и отличаются несколько повышенным по сравнению с Россией в целом уровнем рождаемости и большим числом детей в семьях. В ситуации, когда подавляющее большинство семей не имеют средств для покупки или аренды жилья и не могут улучшать свои жилищные условия при увеличении размера семьи, видимо, жилищные условия в данных регионах оказались самыми плохими отчасти под воздействием именно демографических факторов.

С другой стороны, есть 9 регионов, где среди членов семей из трех более человек «всего лишь» для 30—35% не хватает двух и более комнат. Разумеется, такая ситуация может казаться относительно благоприятной только для России, поскольку в целом по стране этот показатель превышает 40%. В число этих девяти регионов входят: Карачаево-Черкесская Республика, Мурманская область, Воронежская область, Ставропольский край, Алтайский край, Ростовская область, Республика Калмыкия, Белгородская область, Республика Адыгея.

Таким образом, в этом списке есть шесть краев и областей с преимущественно русским населением и три национальные автономии.

Таблица 4 — Доля лиц, проживающих в семьях из трех и более человек, у которых не хватает двух и более комнат в сравнении с числом членов семьи по субъектам Российской Федерации
(по данным переписи 2002 года, в % к числу членов семей из трех и более человек)*

Российская Федерация 41,6% Республика Марий Эл 55,5%
Республика Мордовия 42,3%
Центральный федеральный округ Республика Татарстан 50,8%
Белгородская область 31,9% Удмуртская Республика 49,2%
Брянская область 35,6% Чувашская Республика 55,0%
Владимирская область 45,3% Кировская область 43,9%
Воронежская область 34,4% Нижегородская область 41,1%
Ивановская область 41,2% Оренбургская область 36,5%
Калужская область 43,7% Пензенская область 40,6%
Костромская область 40,1% Пермская область 48,7%
Курская область 37,5% Коми-Пермяцкий автономный округ 57,9%
Липецкая область 37,2% Самарская область 42,5%
Московская область 43,3% Саратовская область 36,9%
Орловская область 39,4% Ульяновская область 40,8%
Рязанская область 43,5% Уральский федеральный округ
Смоленская область 38,4% Курганская область 39,7%
Тамбовская область 37,6% Свердловская область 41,0%
Тверская область 42,1% Тюменская область 46,0%
Тульская область 39,7% Ханты-Мансийский автономный округ — Югра 48,6%
Ярославская область 42,9% Ямало-Ненецкий автономный округ 51,1%
г. Москва 43,7% Челябинская область 43,8%
Северо-Западный федеральный округ Сибирский федеральный округ
Республика Карелия 38,5% Республика Алтай 43,8%
Республика Коми 39,3% Республика Бурятия 52,6%
Архангельская область 40,8% Республика Тыва 65,9%
Ненецкий автономный округ 51,4% Республика Хакасия 36,1%
Вологодская область 39,3% Алтайский край 33,5%
Калининградская область 46,1% Красноярский край 39,1%
Ленинградская область 43,7% Таймырский (Долгано-Ненецкий) автономный округ 55,4%
Мурманская область 34,6% Эвенкийский автономный округ 44,5%
Новгородская область 39,4% Иркутская область 42,7%
Псковская область 42,7% Усть-Ордынский Бурятский автономный округ 56,8%
г. Санкт-Петербург 43,9% Кемеровская область 36,1%
Южный федеральный округ Новосибирская область 39,0%
Республика Адыгея 29,8% Омская область 36,3%
Республика Дагестан 42,7% Томская область 41,7%
Республика Ингушетия 50,7% Читинская область 51,3%
Кабардино-Балкарская Республика 39,7% Агинский Бурятский автономный округ 63,5%
Республика Калмыкия 32,8% Дальневосточный федеральный округ
Карачаево-Черкесская Республика 35,1% Республика Саха (Якутия) 48,6%
Республика Северная Осетия — Алания 44,6% Приморский край 44,0%
Чеченская Республика 41,8% Хабаровский край 39,3%
Краснодарский край 35,5% Амурская область 38,8%
Ставропольский край 34,0% Камчатская область 37,4%
Астраханская область 39,8% Корякский автономный округ 47,7%
Волгоградская область 36,4% Магаданская область 41,1%
Ростовская область 33,1% Сахалинская область 37,6%
Приволжский федеральный округ Еврейская автономная область 43,2%
Республика Башкортостан 55,3% Чукотский автономный округ 49,2%

* Рассчитано по: Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. Том 11. М., 2005, таблица 2

 

В этих трех республиках в однодетных семьях живет относительно меньше детей, чем по России в целом, а в семьях с тремя и более детьми - относительно больше. Следовательно, более высокая рождаемость и больший средний размер семьи не обязательно означают худшие жилищные условия для регионов с данными демографическими показателями.



[1] Подробнее о жизненном цикле семьи и индивида см.: Антонов  А. И. Микросоциология семьи. М., 2005.

[2] Архангельский  В. Н., Елизаров  В. В., Зверева  Н. В., Иванова  Л. Ю. Демографическое поведение и его детерминация (по результатам социолого-демографического исследования в Новгородской области). М.: ТЕИС, 2005. — С. 292—293.

[3] Волков  А. Г. Семья — объект демографии. М., 1986.

[4] Чуйко  Л. В. Браки и разводы. М., 1975.

[5] Харчев  А. Г. Брак и семья в СССР. М., 1964.

[6] Синельников  А. Б. Развод в зеркале общественного мнения. // Семья в России. 2002. — № 3. — С. 36—45

[7] Гурко  Т. А. Родительство: социологический аспект. М., 2003.

[8] Федотовская  Т. А. О демографических аспектах современной государственной политике в Российской Федерации. //Социальная политика и социальная работа. М.: МГСУ, 2004.


Дата публикации: 2010-02-01 01:18:51