Архив

Обзор результатов зарубежных исследований

«Демографические исследования», № 4

Ирина Палилова — руководитель отдела по связям с общественностью «Левада-центра», аспирантка кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова

 

Проблемные дети разведенных матерей[1]

Группа ученых из университета Калифорнии и Государственного университета Сан-Диего провела исследование среди замужних и разведенных матерей учеников средней школ, а также самих детей, с целью выяснить негативные последствия развода, влияющие на процесс детского формирования.

Гипотеза исследования подтвердилась — действительно, разведенные матери гораздо чаще отмечали склонность детей к депрессии и проявление нервозности.

Тестируя самих матерей, ученые пришли к выводу, что разведенные матери гораздо чаще, чем замужние, проявляют признаки депрессии и отстраняются от участия в воспитании детей, поглощенные «послеразводными» проблемами — самостоятельным ведением домашнего хозяйства, прежде разделенным с мужем, вынужденной сверхурочной работой для того, чтобы прокормить семью.

Сопоставляя результаты исследования поведения детей с поведением родителей, ученые выявили четкую зависимость между высокими показателями беспокойного (и внешне, и внутренне) поведения детей, проявляющегося и дома, и в школе, с показателями депрессивности разведенной матери.

Вполне очевидно, что неспокойное, вызывающее или агрессивное поведение детей разведенных матерей — попытка обратить на себя внимание, которого не хватает в семье.

По мнению авторов исследования, опасность заключается в том, что незамеченные в раннем детском возрасте негативные проявления, связанные с недостатком внимания со стороны разведенных депрессивных матерей, могут повлечь за собой серьёзные проблемы развития ребенка в подростковом возрасте.

Брачный выбор и экономическое неравенство[2]

Согласно The Quarterly Journal of Economics уровни заработка и гендерные различия в 64 странах в значительной степени соотносятся и с более высокими критериями выбора партнера для брака (например, женщина выходит замуж за мужчину с более успешной карьерой или лучшим образованием, чем у нее самой).

Исследователи проанализировали данные двадцати опросов в странах Европы, США, тринадцать обзоров жизни латиноамериканцев и исследования семейного уклада в Британии и Люксембурге. Ученые с сожалением констатировали устойчивую связь между выбором партнера и заработками, различающимися по странам. Даже при анализе различий между латиноамериканскими странами, где высоки показатели отбора партнеров и их неравенства, и европейскими странами, где результаты прямо противоположны, зафиксированная связь весьма устойчива.

При выявлении зависимости между гендерным статусом и брачным выбором, исследователи использовали всемирную банковскую систему определения различий по заработной плате, а также две альтернативные шкалы оценок неравного брака (программы по развитию ООН и свою собственную), результаты анализа по женщинам оказались статистически значимыми по всем применявшемся показателям. Там, где женщины зарабатывали наравне с мужчинами, где было выше их участие в работе и где развитие мужчин и женщин было выше, растет вероятность браков между представителями одного социального класса наряду с увеличением спроса на мужчин, желавших жениться на женщине низкого статуса. В обществах с гендерным неравенством социальным различиям придается большее значение при выборе партнера, поскольку женщины стремятся выходить замуж ради денег, а не ради любви.

Экономисты считают, что низкие уровни брачного выбора являются плюсом для экономики, потому что отбор находится в обратной связи с доходами на душу населения. Однако, при этом не учтено очевидное — женщины с низким уровнем брачного отбора выходят замуж одинаково редко и по любви, и ради денег. Экономическое воздействие данного явления трудно измерить, но если меньшие возможности выбора означают уменьшение брачности, то, по-видимому, утраченные устои общества заслуживают некоторого внимания.

Гендерная политика развала семьи[3]

Сегодня многие женщины пользуются равными возможностями при выборе работы, хотя семейные обязанности могут ограничивать их профессиональную занятость, уменьшая их заработки. Недовольные этим сторонники гендерной политики проводят исследования, в ходе которых доказывают, что увеличение обязанностей женщин по дому не только негативным образом сказывается на их заработках, но и значительно увеличивает заработки мужчин.

Исследователи проанализировали данные двух обзоров по трудовой занятости штата Индиана за 1996 год и аналогичные данные за 1997 по 437 респондентам, которые работали и жили вместе (вне зависимости состояли в официальном браке или нет). По результатам исследования было установлено, что женщины на сегодняшний день выполняют меньше работы по дому, чем, например, двадцать лет назад, однако общее количество домашней занятости женщин значительно превышает занятость мужчин в домашнем хозяйстве. Более того, именно заработки женщин напрямую зависят от времени, отведенного на домашние дела и заботу о детях.

В тоже время было установлено, что чем больше женщина была вовлечена в трудовую сферу вне дома — преимущественно в том случае, если она работала полный рабочий день, тем ниже составлял доход мужчины. Однако когда речь идет о неработающей паре, то ставки на доход мужчины выше, что исследователи называют «издержки обоюдного стремления к карьере» по отношению к неработающим парам.

Разочаровавшись в том, что гендерная динамика практически не изменилась С 1977 года, ученые констатировали, что половое неравенство при выполнении семейных обязанностей закрепляет гендерное неравенство на рынке труда. Однако выводы ученых представляются сомнительными, потому как результаты их исследования в сущности отражают естественное разделение полов как ту дилемму двухкарьерной семьи, когда мать зачастую вынуждена работать полный рабочий день, чтобы обеспечивать семью наравне с работающим отцом.

Объединяющая деятельность повышает качество общения[4]

В течение долгого времени матери, работающие целый день вне дома, утверждали, что компенсируют свое отсутствие дома качественным и интенсивным использованием оставшегося после работы времени для общения с детьми.

Недавнее исследование, изучающие роль и характер семейных обедов в жизни подростков, проведенное по заказу Национального центра по злоупотреблению алкоголем и наркотиками (CASA) в Колумбийском университете, показывает, что проведенное с детьми время не является качественным без большого его количества.

В 2005 году было проведен телефонный опрос среди 1000 подростков в возрасте от 12 до 17 лет и среди 829 родителей, целью которого являлось выявление факторов, увеличивающих риск увлечения подростков вредными привычками — курением, алкоголем, принятием наркотиков. Исследование показало, что среди тех подростков, которые обедают дома не менее пяти раз в неделю, гораздо ниже риск быть подверженным вредным привычкам, чем среди тех подростков, которые обедают с родителями не более двух раз в неделю.

Среди тех подростков, которые редко обедают с родителями, 45% утверждают, что даже вовремя совместного принятия пищи, как правило, включен телевизор, 29% детей говорят о том, что семья за обедом не общается, а 16% жалуются, что семейные обеды часто бывают «скомканными». Среди тех подростков, которые чаще обедают в семейном кругу, 34% отметили, что во время еды работает телевизор, 12% считают, что в их семье мало общаются.

Частота семейных обедов, по мнению исследователей, также улучшает качество семейных отношений. Подростки, которые регулярно обедают вместе с родителями, чаще говорят о близости взаимоотношений с родителями, большем доверии и отсутствии напряжения дома.

Совместные семейные обеды — один из примеров объединяющей деятельности, благотворно влияющий на взаимоотношения в семье между представителями разных поколений.

«Культурная» власть женщины[5]

Более тридцати лет назад Джордж Гильдер в журнале Половой Суицид высказался о том, что женщины обладают культурной и сексуальной властью. Феминистки, в свою очередь, отказываются признать этот факт. Хотя данная проблема до сих пор не имеет общепризнанного решения, социологи университета Нотр Дам и университета штата Индиана обнаружили, что жены в гораздо большей степени, чем мужья оказывают влияние на социальные взгляды своей семьи.

Используя данные Общего Социального Исследования, профессоры Катрин Больцендаль и Даниэль Майерс проследили, как изменялось отношение американцев к аборту, добрачным связям, гендерным ролям и домашнему хозяйству на протяжении двух периодов, с 1974 по 1986 и с 1987 по 1998 годы. Они обнаружили, что в целом, и мужчины, и женщины стали придерживаться либеральных взглядов во всех отношениях, кроме аборта, где исследователи отмечают «небольшой консервативный сдвиг».

По всем аспектам, рассмотренным в данном исследовании в указанные годы, работающие женщины обнаружили значительно более либеральные мнения, нежели женщины, не занятые в трудовой сфере. Кроме того, наиболее демократичные взгляды относительно добрачного секса и домашнего хозяйства выражали именно разведенные женщины.

Чем больше мужчины работали по сравнению со своими супругами, тем более консервативными становились их социальные взгляды. В то же время для мужчин, чьи жены работают, характерны более либеральные оценки. При этом важно отметить, что либеральные взгляды мужчин никак не были связаны с разводом в отличие от изменений оценки разведенных женщин.

Вне сомнения, феминистки приветствуют подобные изменения социальных настроений под влиянием фактора работы женщин. Однако они не могут отрицать того, что различия между полами остаются, а выбор тех или иных линий поведения женщинами оказывает значительное влияние на представителей мужского пола.

Количество детей в семье не определяет качество их образования[6]

Многие ученые ошибочно предполагают, что меньшее количество детей в семье дает возможность родителям выделять больше материальных средств и уделять больше внимания каждому ребенку.

Норвежские экономисты опровергают эту гипотезу, на основе статистических данных, охватывающих взрослое население страны. Проведенное исследование обнаружило отсутствие корреляции между размером семьи и уровнем образования ребенка. В то же время ученые установили, что значимым фактором дифференциации уровня образования, является очередность рождения детей (по мнению ученых, различие между первым и пятым ребенком в семье может быть таким же, как разница в уровне образования между черными и белыми).

Неожиданным исключением из этой зависимости являются единственные дети, зачастую имеющие более низкое образование, нежели ребенок в двух или трехдетной семье.

Ввиду того, что ученые не предлагают объяснений эффекта очередности рождения, результаты исследование наводит на мысль о том, что в данном случае понятие количества и качества являются взаимоисключающими.


[1] Jeffrey  J. Wood, Rena  L. Repetti, and Scott  C. Roesch, «Divorce and Children?s Adjustment Problems at Home and School: The Role of Depressive/Withdrawn Parenting», Child Psychiatry and Human Development 35 [2004]:121-241 

[2] Reguel Fernandez, Nezih Guner, and John Knowles, «Love and Money: A Theoretical and Empirical Analysis of Household Sorting and Inequality,»The Quarterly Journal of Economics 120 [February 2005]: 273-344

[3] Domestic Work, Family Characteristics, and Earning: Reexamining Gender and Class Differences, «The Sociological Quarterly 45 [2004]»663-690

[4] The Importance of Family Dinners II, «The National Center on Addiction and Substance Abuse at Columbia University, September 2005

[5] Catherine  I. Bolzendahl and Daniel  J. Myers,»Feminist Attitudes and Support for Gender Equality «Opinion Change in Women and Men, 1974-1998,»Social Forces 83 [December 2004]: 759-790

[6] Sandra  E. Black, Paul  J. Devereux, and Kjell  G. Salvanes, «The More the Merrier? The Effect of Family Size and Birth Order on Children?s Education» The Quarterly Journal of Economics 120 [May 2005]:669-701


Дата публикации: 2006-07-22 00:51:48