Архив

Если бы не политика планирования рождаемости, в Китае жили бы 1,7 млрд. человек

Благодаря политике планирования рождаемости, в Китае за последние 30 лет родилось на 400 миллионов человек меньше, чем могло бы быть, не будь этих мер, заявила в интервью РИА Новости директор департамента международных отношений Госкомитета КНР по населению и планированию рождаемости Хао Линьна (Hao Linna).

«Если бы не было политики планирования рождаемости, проводящейся в Китае с конца 70-х годов прошлого века, то сегодня население страны составило бы не 1,3, а — 1,7 миллиарда человек», — уточнила Хао Линьна. По ее словам, в таком случае Китай бы не достиг нынешнего уровня социально-экономического развития.

Хао Линьна сообщила, что суммарный коэффициент рождаемости в Китае в конце 70-х годов составлял 5,8: «Иными словами, за свою жизнь китайская женщина в среднем рожала 5,8 детей и, наверное, по советским меркам эти женщины должны были получать звание матерей-героинь».

К середине 90-х годов показатель снизился до двух, а сейчас он составляет 1,8, констатировала Хао Линьна.

«Как сейчас говорят, современный Китай совершил два чуда: во-первых, чудо быстрого экономического развития, во-вторых, чудо достижений в деле контроля за количеством населения, — подчеркнула эксперт. — На то, чтобы снизить этот показатель во столько раз, обычно требуется более 100 лет, у нас же ушло менее 30».

Распространенное в других странах мнение о том, что, согласно китайским законам о планировании рождаемости, в семье может быть только один ребенок, Хао Линьна назвала недостаточно верным.

Китай очень большая страна, разные регионы которой развиты неравномерно, заметила она, и поэтому единой политики в области планирования рождаемости не существует.

Политика «одна семья — один ребенок» применяется лишь в отношении крупных городов и сравнительно развитых регионов, продолжила директор. «В 19 провинциях в отношении сельского населения проводится политика 1,5 ребенка: то есть, если у семейной пары первой родилась девочка, то они имеют право на второго ребенка», — сообщила Хао Линьна, добавив, что если первым родился сын, то право на второго ребенка семья теряет.

В более отсталых и окраинных регионах крестьяне изначально обладают правом на двоих детей, вне зависимости от того, кто родился первым, сказала она.

Наконец, представители национальных меньшинств даже в городах могут родить двух детей. «В деревнях Синьцзян-Уйгурского автономного района семья может иметь троих детей, а в деревнях Тибета таких ограничений нет вовсе», - подчеркнула директор.

Политика планирования рождаемости постепенно меняется, сказала далее она: «С недавних пор семьи, где муж и жена являются единственными детьми своих родителей, могут иметь двоих детей. Однако с изменением социальных условий отнюдь не все молодые пары хотят иметь детей, поскольку слишком велико финансовое бремя воспитания ребенка: по нашим подсчетам, за время от рождения ребенка до его окончания университета на него требуется потратить 600 тысяч юаней ($75 тысяч)».

«Откуда у простого крестьянина такие деньги?» — задалась риторическим вопросом эксперт.

В то же время Хао Линьна признала, что в демографической области Китай сталкивается теперь с проблемами, производными от политики планирования рождаемости. «Прежде всего речь идет о старении общества. У нас уже 10% населения в возрасте старше 60 лет, 7% — старше 65 лет и, согласно принятым нормам, Китай является стареющим обществом», — подчеркнула она. В отдельных регионах, например в Шанхае, число стариков составляет 17-20%, добавила чиновник.

«Старение общества влечет за собой соответствующие социально-экономические проблемы, прежде всего в области пенсионного и социального обеспечения», — продолжила Хао Линьна. По ее словам, в той или иной степени благами системы социального обеспечения пользуются не более 20% населения.

«Крестьяне не имеют ничего», — подчеркивает она. Но если раньше обеспечение старых родителей брали на себя сыновья, то в связи с низкой рождаемостью возникает серьезная проблема. «Если у стариков нет детей или, тем более, сыновей, то их обеспечение полностью ложится на плечи государства», — говорит она.

А для создания общенациональной системы социальной поддержки требуются колоссальные ресурсы, констатирует чиновник.

Вторая серьезная проблема китайской демографии состоит в несбалансированной гендерной структуре населения, значительном превышении мальчиков над девочками. «Это социальная проблема, лишь опосредованно связанная с политикой планирования рождаемости», — говорит Хао Линьна.

По ее словам, в традиционной культуре Китая главное для семьи вырастить сына, а не дочь, и в народе даже называют отсутствие сына большой жизненной неудачей. Соответственно, отсутствие отпрысков мужского пола вызывает серьезные психологические проблемы в традиционной семье, подчеркивает она.

Во-вторых, жизнь в деревне требует именно мужской рабочей силы.

«Несколько лет назад я была в одной из очень бедных деревень на северо-западе страны и была поражена, что через столько лет после создания нового Китая люди могут жить таким образом», — замечает Хао Линьна. «В таких местах без сыновей вести хозяйство практически невозможно, и именно в таких регионах политика планирования рождаемости реализуется очень тяжело».

С учетом этих факторов неудивительны случаи абортов по половому признаку, замечает она. «Когда плоду 3-5 месяцев, простолюдин стремится любым способом узнать пол будущего ребенка и, если он узнает, что ему предстоит стать отцом дочери, нередки случаи аборта», — говорит Хао Линьна.

Она подчеркивает, что в Китае действуют законы, жестко пресекающие селективные аборты, и за подобные действия нарушителям грозят суровые штрафы и административные наказания.

«Законы действительно есть, но есть и их нарушители, обеспечивающие спрос на аборты через подпольные клиники», — говорит Хао Линьна. По ее словам, во многих деревнях действуют медпункты, где врачи, как правило, вышедшие на пенсию, окажут такую «услугу».

«При этом врачи знают о запрете сообщать родителям пол будущего ребенка, но они и не говорят, а сообщают тайными жестами и знаками», — рассказывает чиновник. «Например, врач, проводящий обследование, кашлянул, и мать уже знает, что у нее будет мальчик, улыбнулся — будет девочка».

«Даже если при обследовании будет присутствовать полицейский, он не поймет этих знаков, и нарушение закона установить будет трудно», — объясняет она. Но даже если рождается девочка, в такой семье отношение к ней будет совсем иное, нежели к мальчику: «В Китае фиксируется крайне необычное явление — детская смертность среди девочек выше, чем среди мальчиков».

Одной из причин этого является пренебрежительное отношение к здоровью девочки — «родители рассуждают, что раз она заболела, то лечить не будем: если умрет, то родим другого ребенка», делится Хао Линьна ходом мыслей родителей.

Корень такого отношения к девочкам кроется в существующем в обществе неравенстве мужчин и женщин, считает она: «Женщине труднее устроиться на работу, сложнее зарабатывать деньги».

Бороться с этим явлением должно все общество, и с 2001 года в стране ведется активная кампания, призванная донести до людей, что «девочка — это хорошо», говорит директор.

Помимо пропаганды, действует и система материального поощрения: «крестьянские семьи, созданные единственными детьми у своих родителей и имеющие двух дочек, ежемесячно получают от властей по 600 юаней ($75) на человека», рассказывает она. Сейчас такую материальную помощь в стране уже получают 500 тысяч семей, причем в ряде развитых регионов субсидии достигают 800-1000 юаней ($100-125) на человека.

«Для крестьянина, чей годовой доход зачастую не превышает нескольких тысяч юаней и который не пользуется системой пенсионного обеспечения, такая материальная помощь очень существенна», — указывает Хао Линьна.

Еще один социально-писхологический вызов — наличие большого количества людей, не имеющих братьев и сестер. «С конца 70-х годов в Китае родились около 100 миллионов единственных детей в семье», — говорит чиновник. Сейчас наступает время, когда эта волна одиночек вступает в брак, и заводит собственных детей, и отношения в этой семье совсем иные, нежели в традиционных китайских семьях.

В Госкомитете говорят о том, что вступление в брак этого поколения, скорее всего, приведет к некоторому незначительному всплеску рождаемости в стране.

Хао Линьна также скептически оценила перспективы легализации в КНР однополых браков.

Соответствующий вопрос во время проведения сессии Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) в марте 2006 года поднимался известным китайским социологом Ли Иньхэ.

«На мой взгляд, несмотря на то, что гомосексуализм, как явление, зафиксирован еще во времена династии Тан, китайское общество очень консервативно относится к этому», — констатирует Хао Линьна. «Я полагаю, что китайское общество не готово к тому, чтобы легализовывать союзы между людьми одного пола».

Население КНР достигло отметки 1,3 миллиарда в начале 2005 года при уровне рождаемости 0,5% в год.

По данным Госкомитета, соотношение новорожденных мальчиков и девочек в КНР составляет 119:100, тогда как в остальном мире этот показатель составляет в среднем 103-107:100. По неофициальным прогнозам, к 2020 году около 25 миллионов мужчин в Китае не смогут найти себе супругу.

Средняя продолжительность жизни в Китае составляет 71 год.


Дата публикации: 2006-08-15 10:05:33