Архив

Этнически гомогенная страна более стабильна в политическом отношении

Сергей Михеев[1]— заместитель генерального директора Центра политических технологий, член редколлегии сайта Politcom.ru, научный редактор журнала «Деловые люди».

На мой взгляд, главный вызов, ответ на который может во многом предопределить дальнейшую судьбу России, — это национальный вопрос. И в первую очередь речь идет о национальном составе России.

Я считаю, что нынешняя иммиграционная политика по привлечению мигрантов является порочной. Потому что в перспективе это чревато созданием на территории России крупных этнических очагов, которые, как бы это покорректнее сказать, неестественны для России. Что, в свою очередь, неизбежно осложнит межнациональные отношения в нашей стране.

В результате рано или поздно мигранты, которые сейчас требуют только легализации и предоставления им работы, в будущем потребуют, чтобы им предоставили политические права, избирательные права, активные и пассивные. То есть не просто избирать, но и быть избранными. Что в последствии потребует коррекции внутренней и внешней политики. А в перспективе новообретенные граждане могут стать пятой колонной арабских государств или еще каких-то центров влияния в мире.

Вообще я придерживаюсь той точки зрения, что чем более гомогенна в этническом плане страна, тем более она стабильна в политическом отношении. Потому что моноэтническое население гораздо больше консолидировано, чем разношерстные в цивилизационном плане представители многих наций. Как известно, чем больше различных этнических групп населения вынуждены сосуществовать на ограниченном пространстве, тем более они демонстрируют конфликтное поведение. Хотя эти конфликты могут какое-то время присутствовать в латентном виде (как это было в СССР). Просто представления этих людей о мироустройстве, культуре, морали и т.д. настолько разнятся, что совместное проживание доставляет им только ощущение дискомфорта в морально-психологическом смысле. Так вот, нынешняя политика «открытых дверей» для гастарбайтеров делает Россию все более многонациональной.

Причем по многим параметрам наплыв мигрантов является беспрецедентным за всю историю нашей страны. Скажем, никогда на ее территории не находилось такое количество азербайджанцев. То же самое касается узбеков или таджиков. Да, эти народы входили в состав Российской империи (и позже Советского Союза), но на исторической территории России (в РСФСР) в таком количестве они никогда не проживали.

То есть нынешние российские власти вторгаются в область неведомого и самонадеянно считают, что им удастся справиться с теми проблемами, с которыми не справился даже мощный Советский Союз. А Российская империя, напомню, в свое время справлялась с этнической гетерогенностью исключительно методом жесткого принуждения, которое в современных условиях сложно применять. Так, может, и не стоит до этого доводить, размывая этнический состав России мигрантами?!

 

Примерный сценарий того, как могут развиваться эти события, мы видим в Европе. Это и бесконтрольное увеличение количества диаспор внутри европейских национальных государств, и требования предоставления политических и экономических прав и преференций. В итоге стабильное развитие этих стран оказывается под большим вопросом.

Я считаю, что нам это не нужно. Если Россия нуждается в притоке мигрантов, то есть смысл заниматься увеличением славянского населения. И теми нашими соотечественниками, которые в силу не зависящих от нас причин оказались в Средней Азии, Закавказье или где-то еще за пределами своей исторической родины. Такой опыт в мире уже существует. Например, масштабная программа репатриации уже осуществлялась в свое время в Германии, как и в истории других стран.

Проблема не в этом, а в определении понятия «русский». У нас в паспорте графы «национальность» нет. И это естественным образом затрудняет репатриацию славян. Как определить, является ли этот человек действительно русским или славянином? Какой-нибудь азербайджанец скажет, что он русский, и попробуйте докажите обратное.

Язык также не может быть критерием. На литературном русском, на котором раньше разговаривали Пушкин или Толстой, сейчас уже разговаривают и немногие русские. Тот же азербайджанец или армянин запросто может поговорить с вами на рынке по-русски. Конечно, можно ввести языковой экзамен для желающих получить гражданство. Хотя с точки зрения правозащитников, это не менее скандальная мера, чем вернуть графу «национальность» в паспорте.

Таким образом, критерий определения «бывших соотечественников» еще только предстоит разработать. В любом случае я считаю, в вопросах репатриации следует делать упор на русских, белорусов и украинцев, у которых не будет проблем с адаптацией в нашем обществе. Как говорится, верните сначала их, а потом уже решайте, нужна нам дополнительная миграция или нет. В настоящий момент никто не думает об этом системно. Власти предпочитают стихийное развитие событий, по принципу «откроем двери нараспашку и кто приедет, тот приедет». Так поступать категорически нельзя — миграция, как показывает практика стран ЕС и США, это мина замедленного действия.

 

Еще одним средством упрочения государственного и этнического единства является создание унитарного государства. Справедливости ради, этот процесс уже входит в рамки нынешнего политического процесса, который руководство худо-бедно пытается осуществлять. Речь идет об укрупнении регионов, назначении губернаторов президентом, выравнивании статуса национальных субъектов и остальных. Ясно, что это гораздо более управляемая модель.

Однако быстро достичь этого будет невозможно. Национальные автономии также представляют собой некоторый фактор неопределенности. Как только у страны начинаются проблемы, национальные элиты начинают поднимать вопрос о выходе из состава государства. Так что в перспективе от национальных образований необходимо избавляться. Хотя сам этот процесс может занять десятилетия.

Особую тревогу вызывает принятый этой весной новый упрощенный порядок регистрации мигрантов из стран, с которыми Россия имеет безвизовый режим. На мой взгляд, это приведет только к расширению миграционного потока. В результате мы получим окончательную дестабилизацию ситуации.

Я считаю, что такие, мягко говоря, необдуманные решения, связаны с так называемым «глубинным западничеством» нашей политической элиты и неверием в собственный народ. Они действительно считают, что «не нужно выдумывать велосипед» и что Запад предоставляет нам готовые рецепты решения национального вопроса. И если либеральная парадигма говорит, что мигрантов надо впускать, то значит, так и надо делать.

Вторая проблема заключается в том, что многие российские политики либерального толка боятся своих национально ориентированных коллег. Грубо говоря, они просто боятся политической конкуренции. Они считают так: с конкуренцией можно бороться только одним способом — максимально разбавить этнический состав населения страны. На мой взгляд, это совершенно близорукий подход, который даже в тактическом плане не решает проблему (как это показывает ситуация в Кондопоге).

 

Еще одна проблема — коррупция. Диаспоры кормят большое количество чиновников, начиная с постовых милиционеров и заканчивая очень высокопоставленными людьми. «Откаты», надо полагать, здесь очень серьезные.

Наконец, следует признать, что существуют некоторые группы в российском бизнесе, которые нуждаются в дешевой рабочей силе. Это в первую очередь строительный бизнес и некоторые сферы торговли. Причем в указанных сферах происходит вытеснение самих русских. В результате безработными оказываются и те, кто хотел бы работать, например, в строительстве, но получается, что одна этническая диаспора уже полностью контролирует свой бизнес и держит его для своих людей.

Высшему руководству России следует наконец определиться, с кем оно — на стороне отдельных представителей бизнеса, которые находятся в погоне за прибылью, или думает об интересах большинства своих граждан.

 


 

[1] Михеев Сергей Александрович родился 28 мая 1967 года в Москве. После школы некоторое время работал на заводе «Изолятор». С 1985 по 1987 срочная служба в армии. В 1987-1994 работал в Военно-воздушной инженерной академии имени Жуковского. В 1999 году закончил философский факультет (отделение политологии) МГУ им.Ломоносова. Параллельно с учёбой в МГУ сотрудничал с рядом политических организаций, в том числе с Конгрессом русских общин. С 1999 года эксперт Центра политических технологий (ЦПТ). С 2004 года руководитель Департамента стран СНГ ЦПТ.

С 2005 года заместитель генерального директора Центра политических технологий, член редколлегии сайта Politcom.ru, а также научный редактор журнала «Деловые люди». Принимал участие в консультировании политических партий, органов государственной власти, общественных организаций, отдельных политиков, а также во многих избирательных кампаниях в России и странах СНГ. Сфера научных интересов: постсоветское пространство, специалист по конфликтологии.


Дата публикации: 2010-02-01 01:18:51