Архив

Влияние материальных условий жизни на рождаемость и проблемы демографической политики

«Демографические исследования», № 6

Ярослав Андрющенко — кандидат социологических наук (Уфимский государственный университет).

 


Давно известно, что в странах с низким уровнем жизни и образования рождаемость выше, чем в странах экономически развитых и образованных. В свою очередь, в семьях с низким уровнем дохода и образования (вне зависимости от страны проживания) итоговое число детей также зачастую оказывается выше, чем в семьях с высоким уровнем дохода и образования. Этот феномен получил название обратной связи рождаемости с уровнем жизни, вокруг которого в научном мире велись дискуссии до середины семидесятых годов прошлого столетия, а на уровне околонаучного и обыденного понимания споры не утихают по сей день. Дело в том, что восприятие данного феномена противоречит здравому смыслу — почему рост благосостояния приводит к снижению рождаемости, тогда как, казалось бы, должно быть наоборот? Тем не менее, факт обратной связи неоднократно подтверждался. Казалось, что сама действительность стоит на защите данного положения, поэтому и фактор благосостояния стал рассматриваться как имеющий на рождаемость обратное влияние.

Вместе с тем, обратный характер связи рождаемости и бла?госостояния не следовало, по-видимому, считать абсолютным. Уста?новленный многочисленными исследованиями непрямой ха?рактер связи рождаемости со статусными характеристиками сам по себе ещё не означает, что связь рождаемости с матери?альными условиями носит «обратный» характер. Само выражение «обратная связь» не становится от этого более ясным, и его, по-видимому, не следует понимать буквально. В противном случае нам придётся поверить в то, что вы?сокий размер дохода как-то приводит к сокращению рождаемости, а плохое материальное положение само по себе способствует её повышению. Однако вряд ли семейная пара будет заводить ребёнка потому, что ис?пытывает материальные трудности, поэтому очевидно, что связь рождаемости с условиями жизни, которая носит «обрат?ный» характер, не является, строго говоря, причинной: «… Факты обратной связи дохода с рождаемостью, теперь уже дос?таточно хорошо доказанные, сами по себе ещё ничего не гово?рят о причинно-следственном механизме такой парадоксаль?ной связи» [1, 143].

Утверждения типа «не богатство, а бедность „рождает“ детей» [2, 117], на наш взгляд, несостоятельны, поскольку они содержат ссылку лишь на условие действия причины (богатство, бедность), а не на саму причину (потребность в детях) и не раскрывают причинно-следственный механизм так называемой обратной связи. Во-первых, само такое условие может оказаться дважды условным, поскольку существуют примеры многодетных семей в условиях «богатства», и малодетных — в условиях «бедности».

Рождение ребёнка не является чисто экономическим решением, но благосостояние играет существенную роль, особенно для молодых семей, считающих себя «на крае» благополучия. Материальное положение способно оказывать заметное влияние на динамику рождаемости, в первую очередь тем, что семейная пара может отложить реализацию своего желания завести ребёнка на более поздний срок «до лучших времён», если оказалась в худшем для себя материальном положении, чем прежде, или испытывает материальную нужду. Неблагоприятные материальные условия влияют на отсрочку от вступления в материнство, во-первых, посредством прямого воздействия расходов, связанных с рождением и содержанием детей. Во-вторых, посредством создания пессимистичного общественного мнения, связанного с отсутствием ясности по поводу улучшения жилищных условий семьи, способствующего отсрочке рождения ребёнка, особенно в молодом возрасте [3].

Нет никаких сомнений в том, что дети стоят денег. Но, когда говорят об уровне дохода семьи, не всегда ясно, с чем этот уровень связывают. Чаще подразумевают размер душевого дохода с учётом или без учёта новорождённых [4, 133]; в других случаях — размер совокупного дохода. Предлагают также учитывать динамику доходов и расходов, т.е. состояние семейного бюджета в предыдущие годы [5, 83-85], а также субъективную оценку дохода и уровня потребления материальных благ [6, 44-45]. Наконец, важным критерием принятия репродуктивных решений для супружеской пары может выступать жизненный уровень окружающих её семей [7].

Следует обратить внимание на условность «пря?мой» или «обратной» связи от трактовок понятия «благосос?тояние» и характера используемых показателей благосостояния — совокупного и среднедушевого дохода семей. С точки зрения душевого дохода, однодетные родители несколько богаче, чем родители с двумя и более детьми, что объективно можно объяснить расходами, которые связаны с затратами на содержание детей, и количеством членов семьи, на которое делится совокупный доход (табл. 1).

Таблица 1. Фактическое число детей и душевой доход семьи, %

Число детей в семье Душевой доход в размере Всего
менее ПМ, руб. более ПМ, руб.
один ребёнок 68 32 100
два ребёнка и более 82 18 100

ПМ — прожиточный минимум

 

Средний размер душевого дохода двухдетных семей составляет лишь 41% от среднего дохода однодетных, что нашло отражение в соответствующей оценке своего материального положения респондентами в ходе опроса. Уфимские семьи с двумя и более детьми ниже оценивают своё материальное положение, чем однодетные, но не намного (табл. 2).

Таблица 2. Оценка своего материального положения представителями однодетной и двухдетной семей, %

Всё население В том числе
однодетныесемьи двухдетныесемьи
Все респонденты 100 100 100
В том числе
низкое 25 28 35
ниже среднего 26 32 31
среднее 41 36 32
выше среднего 4 2 1
высокое 1 2 1

 

Связь между ощущением изменения собственной жизни и детностью семьи такая, что детность, кажется, растёт по мере того, как жизнь респондентов, на их собственный взгляд, ухудшается. Среднее число детей в семьях респондентов, жизнь которых, по их собственным ответам, за последний год значительно улучшилась, составляет 0,7 ребёнка. У отметивших незначительное ухудшение своей жизни этот показатель уже выше — 1,07. Наконец, в группе респондентов, по мнению которых жизнь стала хуже, самый высокий показатель детности — 1,12.

В противоположность фактической рождаемости, значения предпочитаемого числа детей имеет с уровнем душевого дохода преимущественно обратный характер связи. В частности, среднее желаемое число детей выше у респондентов с низким уровнем душевого дохода семьи (табл. 3).

Таблица 3. Желаемое число детей и душевой доход

Всёнаселение В том числе
г. Уфы другихгородов сельскойместности
Все респонденты 2,38 2,42 2,38 2,30
В том числе
до 2/3 ПМ на чел. 2,53 2,54 2,50 2,54
от 2/3 до 1 ПМ на чел. 2,47 2,40 2,43 2,45
Более 1 ПМ на чел. 2,27 2,37 2,27 2,19

ПМ — прожиточный минимум

 

Значение имеет не только его размер, но и основной получатель этого дохода — мужчина или женщина в семье, а также — источники дохода [8], и место и условия работы женщины. Если женщина получает основной доход в семье, то такая семья имеет больше оснований откладывать рождение ребёнка (тем более, если ребёнок не первый и дети уже есть), поскольку в случае рождения ребёнка в такой семье женщине, возможно, придётся на некоторое время оставить доходную работу. Ситуация, в которой мужчина получает основной доход, больше располагает к деторождению, поскольку уход жены с работы в этом случае (если она работает) не влечёт столь тяжёлых в материальном отношении последствий. В качестве компенсации низкого размера пособия по уходу за ребёнком женщина стремится найти устойчивую опору на трудовом рынке прежде, чем решится завести детей. Поэтому разное значение приобретает также мужская или женская безработица [9].

Определённое значение приобретают место и условия работы женщины. В коммерческом секторе отпуск по беременности, родам и уходу за ребёнком может быть сопряжён с борьбой «за свои права», с потерей должности, необходимой квалификации, или быть связан с прямыми материальными издержками, если супруги занимаются индивидуальной деятельностью, где приостановка темпов работы зачастую бывает невозможна, поскольку в цепи «товар-деньги-товар» замкнутыми оказываются другие люди, чужие деньги и т.д. Как отмечает В. Н. Архангельский, «В современных условиях возможно повышение значимости, с точки зрения влияния на репродуктивное поведение, таких факторов, как экономическое поведение семьи, семейная собственность, наследование (в том числе бизнеса). При этом можно предположить, что эти факторы влияют не только на условия реализации имеющейся потребности в детях, но и, главным образом, на ценностные ориентации» [10, 7].

Таким образом, материальные издержки деторождения включают непосредственные (прямые) затраты, связанные с рождением и содержанием детей, так и вменённые — прибыль, недополученная женщиной, семьёй в период ухода за ребёнком и в связи с частичной потерей её квалификации (хотя последнее трудно поддаётся измерению).

Связь между итоговым показателем — числом детей в семье и жилищной обеспеченностью, согласно данным нашего исследования, имеет менее выраженный характер. Индикатором жилищной обеспеченности чаще всего выступает размер жилой площади в расчёте на одного члена семьи. Согласно данным опроса, однодетные семьи имеют в среднем 11 кв.м. жилой площади на человека, а семьи с двумя детьми — 9 кв.м. Вместе с тем, размер жилой площади однодетной семьи составляет в среднем 33 кв.м., а двухдетной — 36 кв.м. Анкета содержала также вопрос о наличии второго жилья, утвердительно на который ответили 9% однодетных респондентов и только 1% двухдетных. Пожалуй, улучшение жилищных условий не всегда предшествует появлению вторых детей в семье.

В целом, исследование влияния материальных условий на репродуктивное поведение показало сложный и неоднозначный характер их взаимосвязи, которая, безусловно, существует, и которую необходимо рассматривать дифференцировано в зависимости от характера отношений между брачными партнёрами или супругами. Мы полагаем, что влияние материального фактора на репродуктивное поведение будет различным:

  1. для супружеских пар, которые характеризуются относительно устойчивыми отношениями, когда оба партнёра могут рассчитывать друг на друга в случае рождения детей. Представители этой группы могут позволить себе иметь более высокие репродуктивные ориентации и, в конечном итоге, большее число детей в семье. Влияние материальных условий жизни на реализацию репродуктивных намерений будет сильнее ощущаться, прежде всего, в отношении этой группы «устойчивых» пар;
  2. для супружеских пар, которые характеризуются относительно слабыми взаимными обязательствами в отношении рождения детей. Коэффициенты рождаемости в этой группе, как правило, более низкие. На репродуктивное поведение женщин этой группы в большей степени влияние оказывает их собственное экономическое положение, нежели доход и социальное положение их партнёров;
  3. для респондентов, которые не состоят в браке и не имеют друг перед другом никаких обязательств, влияние материальных условий жизни будет минимально, поскольку для этого, очевидно, они ещё не обладают выраженной потребностью в детях.

В условиях жизни в современной России мало у кого может возникнуть сомнение в том, что необходимо усиливать материальную поддержку материнства, увеличивая пособие по уходу за ребёнком в частности, лишь бы, в конечном счете, это были дети любви, а не расчёта. Однако было бы ошибкой полагать, что для решения проблемы воспроизводства населения достаточно в несколько раз увеличить материальную помощь, например, пособие по уходу за ребёнком, ведь при таком подходе остаются незадействованными многие другие инструменты демографической политики, в частности, — фискальные, финансовые, кредитные, страховые, полагающие льготное налогообложение, увеличение размера заработной платы пропорционально числу детей в семье, льготное кредитование, бесплатное страхование родителей с детьми и многое другое.

Денежные «премии», которые сегодня «дарит» государство, скорее всего, будут иметь временное значение на интенсивность деторождения, в основном за счёт смещения календаря рождений. Определённое повышение уровня рождаемости, вероятно, не очень значительное, произойдет практически неизбежно, поскольку влияние принятых решений подождать с рождением ребёнка на общий коэффициент рождаемости в конечном итоге сойдёт на нет. Если же правительство считает необходимым добиться долгосрочного повышения рождаемости, то оно может решить эту задачу путём более энергичного предоставления в рамках политики заботы о семье финансовых или налоговых льгот отдельным людям и супружеским парам, имеющим детей. Совершенно необходимы меры, которые позволили бы супружеским парам легче сочетать свои родительские функции и трудовые обязанности, и позволили бы женщинам, имеющим детей, продолжать в то же время работать, а также способствовали улучшению благополучия семей с детьми через финансовые и фискальные механизмы. Для реализации этих мер, возможно, потребуются значительные средства, но они отнюдь не являются несовместимыми с рыночной экономикой.

Рождаемость в долгосрочной перспективе вряд ли удастся увеличить одними только денежными премиями. Последние, в отрыве от комплексной демографической политики, отвлекают внимание общественности от подлинного решения проблемы и порождают иждивенческие настроения в обществе, приучая людей «заглядывать в рот» чиновничеству и ждать помощи от государства. Последнее должно заботиться не о том, чтобы дать людям денег, увеличить пособие по уходу за ребёнком, и ждать от них благодарности всю оставшуюся жизнь. Основная его задача — создавать людям условия, в которых подавляющее большинство семей сами смогут о себе позаботиться, не нуждаясь ни в каком государстве. Тем более что у государства нет своих денег, — в основном, это деньги налогоплательщиков. Осуществляя демографическую политику стимулирования рождаемости, государство должно понять неэффективность и отказаться от патерналистских мер разрозненного характера в пользу создания благоприятного «инвестиционного климата» вокруг семьи с детьми и выгодного во всех отношениях её экономического и социального статуса в обществе.

Семье для преодоления экономических трудностей нужны не милость и сочувствие чиновника, а семейно ориентированная политика регулирования доходов населения, которая начинается со справедливого распределения валового национального продукта, полученного во многом благодаря продаже запасов «чёрного золота» и прочих ресурсов, принадлежащих не чиновникам и олигархам, а населению всей страны. В том числе будущему населению тоже, в связи с чем возникает идея создания фонда будущего, когда каждому родившемуся в этой стране, живущему в ней и создающему ценности, рождающему детей, должна отводиться часть от продажи её недр и ресурсов.

Пока вместо профессиональной работы в сотрудничестве с демографами, экономистами и социологами за улучшение качественных характеристик народонаселения идёт словесная политическая борьба, в которой только ленивый не выскажется о надвигающейся «демографической катастрофе» и угрозах, связанных с депопуляцией. Демографический вопрос давно перешагнул рамки научного дискурса и переместился в плоскость идеологической борьбы. Сегодня тот, кто с особой тщательностью считает наши доходы, облагая их налогами, с такой же тщательностью,не способен просчитать пользу, которую приносят обществу и государству семьи, воспитывающие и любящие своих детей.

 


 

[1] Борисов  В. А. Перспективы рождаемости.- М., 1976.

[2] Баранов А.В. О некоторых факторах популяционного кризиса // Социс, 2000. № 7.- С. 117.

[3] Hoem  B. Entry into motherhood in : the influence of economic factors on the rise and fall in fertility, 1986-1997 // Demographic Research.- Volume 2, article 4, published 17/04/2000 [Электронный ресурс]: online journal of peer-reviewed research and commentary in the population sciences.- Электрон. журн. — Rostock, : Max Planck Institute, 2000.- Режим доступа к журн.: http://www.demographic-research.org.- Яз. англ.

[4] Таубер  Н. А. Условия жизни семьи и среднее число детей / Демографический анализ рождаемости.- М.: Статистика, 1974.

[5] Елизаров  В. В. Перспективы исследования семьи.- М., 1987.- С. 96.; Дудченко  О. Н. Благосостояние и число детей в семье / Детность семьи: вчера, сегодня, завтра.- М., 1986.- С. 83, 85.

[6] Сифман  Р. И. Влияние материального благосостояния на развитие семьи / Социально — экономические проблемы формирования и развития семьи.- Ереван, 1975.- С. 44-45.

[7] Смолиньский  З. Попытка сформулировать общую экономическую модель развития населения / Теоретические проблемы демографии / Под ред. А. Г. Волкова.- М., 1970. — С. 63-68.

[8] Klawon  E., Tiefenthaler  J. Bargaining over family size: The determinants of fertility in  // Population Research and Policy Review, 2001. № 20.- 423-440 pp.

[9] Kravdal  Q. The impact of individual and aggregate unemployment on fertility in Norway // Demography Research.- Volume 6, article 10, published 15/04/ 2002 [Электронный ресурс]: online journal of peer-reviewed research and commentary in the population sciences.- Электрон. журн. — Rostock, : Max Planck Institute, 2000.- Режим доступа к журн.: http://www.demographic-research.org.- Яз. англ.

[10] Архангельский  В. Н. Система показателей для анализа демографической ситуации // Семья в России, 1997. № 2.


Дата публикации: 2010-02-01 01:18:51