Архив

Что стоит за разговорами о правах ребенка
Шестаков Константин Александрович — кандидат социологических наук, председатель Тюменского областного регионального отделения Общероссийской общественной организации «За жизнь и защиту семейных ценностей», заведующий миссионерским отделом Тюменского благочиния Тобольско-Тюменской епархии РПЦ

После подписания и ратификации Европейской Социальной Хартии в России неумолимо внедряется ювенальная юстиция по западному образцу. Оставив рассуждения о том, как назвать это явление, будем пользоваться устоявшимся термином «ювенальная юстиция». Хотя ее апологеты уже побаиваются данного словосочетания, запятнавшего себя нашумевшей историей Маши Захаровой, финским «ювенальным фашизмом», имеющим явную русофобскую направленность [1], да и массой ювенальных прецедентов в нашей стране.

Уполномоченный при Президенте РФ по правам ребенка г-н Астахов, например, заявил, что его вообще не волнует вопрос о том, будет ли в России внедряться ювенальная юстиция или нет — с ней или без нее он будет «защищать права детей».

Сопоставив, то, что делается с тем, что говорится, можно понять эти слова следующим образом: даже если парламент РФ не примет ни одного закона о ювенальной юстиции, мы обойдемся министерскими указами, письмами и инструкциями (и т.н. «телефонным правом»), для того чтобы в России действовала та система, которая на Западе именуется «ювенальная юстиция». А уж как ее назвать — не важно, главное, чтобы она работала.

И она уже реально действует в России — жестко, неумолимо, нагло, бесчеловечно.

Действует через систему исполнительной власти и некоммерческие организации под напевы контролируемых СМИ, нагнетающих истерию о насилие в семье и воспевающих доброго защитника всех российских детей г-на Астахова.

Улицы городов пестрят ювенальными плакатами, в школах проводят повальное антиконституционное ювенальное анкетирование и «десятиминутки» с рассказами школьников о том, как обижают и наказывают их родители; уже имеют место десятки случаев изъятия детей только по причине бедности у нормальных непьющих родителей; особенно часто отбирают приемных детей; появились случаи изъятия детей у священников. [2]

Особенно настораживает то, что формулировки, уже давно существующие в законах и других нормативно-правовых актах, наделяются новыми смыслами и начинают трактоваться совершенно иначе. Причем это происходит скоординировано в федеральном масштабе, как будто кто-то дал негласную установку.

Например, еще пару лет назад никому (ни судье, ни адвокату, ни работнику прокуратуры) в голову бы не пришло понимать под «жестоким обращением с несовершеннолетним» (статья 156 УКРФ) применение в воспитательном процессе «витамина Р», т. е. брючного ремня. Сегодня брючный ремень изымается при обыске отца, обвиняемого по 156-ой ст. УКРФ. А в обвинительном заключении пишется: «…умышленно ремнем нанес несколько ударов по ягодицам, в результате чего причинил пострадавшему физическую боль…» (реальный случай в ХМАО).

Стоит задуматься над тем, что силы, дающие такие негласные установки, равно как и установки по муссированию в СМИ темы насилия в семье, распространению школьных ювенальных анкет и уличных ювенальных баннеров, действуют, с одной стороны, чрезвычайно оперативно, организованно и эффективно (причем, повторимся, в федеральном масштабе, т. е. система отлажена), с другой стороны — на деньги негосударственных, чаще иностранных, фондов.

О деятельности СМИ — отдельный разговор.

Методы примитивной, но эффективной в еще спящем обществе социальной инженерии налицо.

Ни слова:

  • о насилии детей над детьми в школах и на улице;
  • о том, как миллионами четвертуют детей в лоне «матери», называя это «искусственным прерыванием беременности»;
  • о том, какому психическому насилию подвергаются наши дети в море того разврата, на который не обращает внимания «добрый защитник детей», не говоря уже о страшном насилие (в т. ч. сексуальном) в интернатах, детдомах и «профессиональных» приемных семьях, куда бросают несчастных детей, отобранных у родных родителей за шлепок.

А ведь есть еще и насилие детей над родителями, особенно престарелыми и больными. Но об этом — молчок!

Так что неважно, как назвать этот античеловеческий и богоборческий проект, лукаво и цинично прячущийся за разговоры о защите прав детей (они-то прежде всего и страдают — миллионами на Западе и уже сотнями в России), — важно понимать его суть.

И все же апологетам ювенальной юстиции не удается скрыть свое истинное лицо, когда разговоры «о защите прав детей» переходят от общих фраз к конкретным вещам.

Возьмем, к примеру, вопрос о телесном наказании детей. Недавно я показал своей маленькой дочке советско-японский мультфильм «Приключения пингвиненка Лоло» — прекрасный, добрый и очень гендерно правильный фильм. Мальчик (пингвиненок) — лидер, защитник, отважный, умный, инициативный, заботливый, готовый на самопожертвование. Девочка — по-женски слабая, скромная, ласковая, тихая, добрая, предпочитает быть под покровом и защитой сильного мальчика.

И есть в этом фильме один момент: после очередной дерзкой вылазки Лоло, стоящей немалых переживаний для мамы и папы, отец (вожак пингвиньей стаи) говорит сыну: «Я должен тебя наказать». Тот, вздыхая, послушно подходит к папе и заслуженно получает несколько раз плавником по попе. Думаю, если бы сегодня повторяли это мультик по федеральным каналам, этот фрагмент бы вырезали: уж слишком явно в нем показано, что значит наказание с любовью, справедливое и воспитующее, слишком очевидна на этом фоне неадекватность ювенальных рассуждений о шлепках.

В одном из интервью г-н Астахов договорился до того, что он-де «запрещает шлепать детей». Можно было бы посмеяться над этой нелепостью по-американски артикулирующего главного российского омбудсмена, если бы эти несуразицы не пытались упорно, не взирая на безумие данной затеи, внедрять в нашу жизнь на деньги западных фондов, даже в отсутствие правовой базы.

Любой грамотный историк и культуролог знает, что наказание детей в семье (в т. ч. физическое, телесное), совершаемое не с целью «отомстить ребенку за непослушание», а с любовью для вразумления и исправления непослушного ребенка, является допустимым явлением в любой традиционной культуре.

В Библии по этому поводу сказано:

«Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает… Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?» (К Евреям 12:6–7).

Православный педагог и психолог Владимир Богоявленский пишет о наказании как воспитательном средстве:

«Телесное наказание есть как первое, так и последнее, то есть самое строгое и чувствительное средство наказания, и потому должно быть употребляемо как можно реже и только при самых серьезных и важных проступках дитяти, и притом тогда только, когда все другие средства оказались бесплодными…

Главным основанием наказания должна быть любовь, а единственною целью его — исправление дитяти. Отсюда следует, что наказание должно быть отеческим и никогда не должно переходить в жестокость; особенно оно не должно совершаться во гневе…

Руководитесь при наказании ваших детей всегда только любовью, никогда не забывайте, что единственною целью наказания должно быть их исправление…

Не бойтесь, что вы в случае строгого воспитания детей ваших, соединенного с нередкими наказаниями, охладите их и потеряете будто бы их любовь к вам. Нет, опыт учит совершенно противному. Ваши дети впоследствии будут вам благодарны за то, что вы строго их держали и добрым воспитанием положили прочное основание к их временному и вечному благу и спасению». [3]

Но апологеты ювенальной юстиции стремятся поставить вне закона традиционный семейный уклад, объявить его неправильным и даже преступным, хотят загнать сложнейший процесс воспитания детей в прокрустово ложе своих убогих представлений, базирующихся не на тысячелетнем опыте народов, а на непроверенных жизнью и научно необоснованных — безграмотных с точки зрения психологии и педагогики концепциях.

Что касается случаев реального истязания детей, то, по мнению большинства не ангажированных ювенальной юстицией юристов, существующих законодательных механизмов вполне достаточно для пресечения подобных действий.

Апологеты ювенальной юстиции любят называть действительно удручающие цифры по количеству детей в США и России (сравнение здесь явно не в нашу пользу), намекая на то, что детей в России «надо спасать», очевидно, запрещая родителям шлепать распоясавшихся чад и изымая их у «непослушных» родителей и т. п.

Обратите еще раз внимание на предлагаемый механизм «спасения»: не ограничивать аборты, не пропагандировать и многодетность и семьецентричность в обществе, не сдерживать зловонную волну разврата (лишающую подростков не то что желания иметь в будущем детей, но и психологических гендерных отличий), не воспитывать целомудрие и любовь к чадородию, не возвращать ареол святости понятию «материнства», растоптанному массовой кабацкой субкультурой, — а контролировать, запрещать, изымать, пополнять детдома...

По данным МВД, только в 2008 году в России зарегистрировано 69 новых организаций, занимающихся усыновлением детей за границу. Ребёнок требуется здоровый и, по возможности, «славянской внешности». Таких детей особенно любят усыновлять легализованные на Западе однополые «семьи». При этом в России «коммерческое усыновление» в 5 раз дешевле, чем в Европе. А ведь, кроме удовлетворения запросов состоятельных усыновителей, в мире процветает вывоз детей для своих нужд педофилами и порнодельцами, да и просто — «на запчасти». [4]

Сейчас для них главное:

  • убаюкать общество заверениями и заклинаниями, что «как на Западе у нас не будет»;
  • запустить механизмы ювенальной юстиции;
  • создать соответствующую законодательную базу;
  • сформировать прослойку ювенальных судей и социальных работников нового образца, обученных (по западным методикам и на западные деньги), которые смогут отбирать детей у нормальных родителей, смеясь над их рыданиями и болью (что на Западе давно уже достигнуто).

Действительно, как на Западе у нас сразу не будет. Невозможно представить среднестатистического современного, воспитанного и обученного еще в ХХ веке «советского» социального работника, поступающего как истязатели Маши Захаровой во Франции. Но эти роботы уже готовятся: не за горами и массовое сокращение-увольнение «устаревших» социальных работников, что уже коснулось школьных учителей.

И всё же кому и зачем это нужно?

Ведь любому ясно, что рождаемость (об необходимости увеличения которой не раз заявлялось даже на высшем государственном уровне) с помощью ювенальной юстиции только сократится.

Например, в Германии, где ювенальная юстиция лютует уже не первое десятилетие, изымая десятки тысяч детей ежегодно, многие немки сознательно «выбирают child-free», т. е. специально стерилизуются, чтобы никогда не иметь своих детей.

Родители затворяют свои сердца, отстраняются от детей, формализуют отношения в семье. Иначе любящее сердце разорвется на части от понимания того, как растлевают твоего ребенка в «медиа-пространстве» или в «подворотне», а ты не имеешь права ничего запрещать, или когда омбудсмен придет изымать за бедность или за шлепок. У нас пока по-другому — сердца не выдерживают: в Полтавской области на Украине несколько матерей покончили жизнь самоубийством после того, как органы опеки забрали у них детей. [5]

Одной из реальных целей внедрения ювенальной юстиции является построение полностью подконтрольного общества.

Если создать такие условия, что донести по той или иной причине можно будет на каждого, а уж подоспевшие «уполномоченные» омбудсмены найдут за что изъять, то каждый, имеющий ребенка, будет «на крючке».

Сегодня эти механизмы уже действуют: в Тольятти у журналистки, написавшей скандальную статью про «АвтоВАЗ», отобрали сына и дочь, потому что дети якобы живут в бедности. Журналистке советовали не писать про завод и уехать из города. Только под давлением общественности детей вернули матери. [6]

Более глубинные цели: тотальный контроль государства над семьей, в т. ч. в сфере воспитания, принудительное формирование мировоззрения личности. Традиционный семейный уклад, который и призвана уничтожить ювенальная юстиция, позволяет воспитывать сильную, свободную, духовно и психологически здоровую личность, которую не так просто «загнать в стойло».

Тоталитарному обществу нужны не сильные личности, а винтики.

Кроме того, ювенальная юстиция подрывает глубинные нравственные устои личности. Одной из мин замедленного (но чудовищного) действия, является внедрение в сознание ребенка ощущения контроля над родителями, возможности диктовать свои условия, шантажировать папу и маму. Даже если он этого не сделает, само ощущение возможности заставить отца «слушаться», возможность наказать, а то и «посадить» отца нравственно калечит человека.

У подростков в переходном возрасте естественным образом может возникнуть кратковременная обида на старших (родителей, учителей). Его подтолкнут обратиться к омбудсмену и подскажут, как это сделать. Потом он об этом пожалеет, но будет уже поздно…

Создается впечатление, что эта система создается абсолютно педагогически и психологически безграмотными «специалистами» с повальным «Эдиповым комплексом». И все это в условиях массовой циничной и изощренной инфраструктуры растления (культ разврата, насилия и вседозволенности в СМИ, игорные заведения, стриптиз, ночные клубы, притоны, компьютерные игровые салоны, легализация легких наркотиков).

Пресловутый «детский телефон» не помогает, а развращает. Если же говорить о случаях реального насилия — существует всем известный номер 02.

Если наш народ не сможет защитить свои глубинные нравственные устои, то государство утратит свою социокультурную идентичность и развалится: не обязательно в политическом смысле — скорее, в смысле цивилизационном. Впрочем, вполне вероятен и «югославский сценарий»…

Однако я все же верю в то, что наше сознание еще не до конца «обработано» за последние 20 лет и что мы сможем отстоять суверенитет семьи и базовые культурные ценности. Для этого необходимо формирование подлинного гражданского общества — не на словах, а на деле.

По конституции, власть в России принадлежит народу, а не чиновникам, осваивающим зарубежные гранты. Надо отстаивать свои права.

Сейчас главное — это информирование общества. И роль действительно независимых СМИ здесь неоценима. Узнав о сути ювенальной юстиции, народ не допустит ее принятия ни в какой форме.

Поэтому апологеты ювенальной юстиции скрывают свои истинные цели, говоря в обтекаемых фразах о том, что они учтут мнение общественности, церкви, родительских организаций, что им не нравится западная модель ювенальной юстиции и т. д., при этом боятся референдума на эту тему, несмотря на фактическую подконтрольность многих СМИ.

Сегодня нельзя назвать ни одного думающего и неангажированного специалиста, до и просто человека, который бы поддерживал введение ювенальной юстиции, разобравшись в сути вопроса. Поддерживают чаще по незнанию и доверию тому, что делают «умные дяди».

В то время как противодействие ювенальной юстиции — поистине общенародное.

По всей стране проходят стояния, митинги, сбор подписей и т. д. В марте в Москве на Болотной площади прошёл пятитысячный митинг, организованный движением «Народный собор». Одновременно в поддержку митинга проходили акции в 22 российских городах.

В Тюмени только за май и половину июня собрали 6500 подписей президенту против введения ювенальной юстиции. Все это практически полностью игнорируется СМИ. В конце концов, эти акции могут перерасти в неконтролируемый протест.

Я не завидую особо ярым апологетам ювенальной юстиции. Они посягнули на святое.

В 1918 году Саратовские большевики приняли декрет «об отмене частного владения женщинами» (!). Кстати, для законных мужей большевики предусмотрели льготу — внеочередное использование своей жены. Это не шутка, а исторический факт: Орловское УФСБ, архивное дело Н815554-П.

И вот, даже полностью дезориентированный революционной смутой народ вдруг отрезвел, опомнился, осознал, что у мужей хотят отнять в «общественное пользование» жен, у родителей — юных дочерей, и поднял восстание, после которого новая «народная» власть спрятала свой декрет подальше в архив, и более предпочитала о нем не вспоминать.

То же будет и с ювенальной юстицией на русской земле.

[1] Йохан Бекман. Ювенальная юстиция: путь к фашизму —
http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=57&idArt=1704

[2] У многодетного священника отбирают детей! — 
http://ruskline.ru/news_rl/2010/9/20/u_mnogodetnogo_svyawennika_otbirayut_detej/

[3] Священномученик Владимир (Богоявленский). Беседы о православном воспитании детей. — Мн.: Свято-Елисаветинский монастырь, 2004. — 80 с. С. 74–78.

[4] Разумовский А. Введение «Паспорта здоровья школьника» заблокировано —
http://ruskline.ru/analitika/2010/09/03/vvedenie_pasporta_zdorovya_shkolnika_zablokirovano/

[5] Серийные самоубийства матерей в Полтавской области — плоды ювенальной юстиции на Украине —
http://sovest.dnepro.org/2010/2154.html

[6] За статью заплатили дети / Газета.ru —
http://www.gazeta.ru/auto/2010/05/26_a_3374170.shtml


Дата публикации: 2011-01-10 00:13:13