Смертность

Смертность – процесс вымирания поколения, складывающийся из массы единичных смертей, наступающих в разных возрастах. Он зависит от большого числа факторов, биологических и социальных. С позиций демографического анализа существенно деление факторов на так называемые эндогенные (порожденные внутренним развитием человеческого организма) и экзогенные (связанные с действием внешней среды). Смерть человека – следствие взаимодействия факторов обеих групп, но роль каждого из них в отдельных случаях смерти может различаться. Что касается эндогенных факторов смертности, то считается, что их роль обусловлена преимущественно старением организма, поэтому на протяжении жизни человека их влияние неравномерно, а концентрируется в старших возрастах. Вместе с тем, к эндогенно детерминированным относят также часть смертей, вызванных врожденными пороками, наследственными заболеваниями и т.д., которые наступают в ранних, преимущественно  детских возрастах. Тем не менее, если рассматривать всю эндогенно обусловленную смертность в любом населении, то зависимость ее интенсивности от возраста является очень большой. Экзогенные факторы смертности с точки зрения воздействия на индивида, распределены случайным образом. Вероятность оказаться объектом воздействия случайных воздействий мало зависит от возраста. Вместе с тем, в любом случае вероятность умереть в результате этих случайных воздействий оказывается выше для лиц с меньшей жизнеспособностью (детей и пожилых). По-разному сочетаясь между собой, факторы смертности обусловливают непосредственную причину смерти. Преобладание эндогенных факторов обусловливает нарастание интенсивности смертности с возрастом, экзогенных – размывает эту зависимость. При этом надо иметь в виду, что и те, и другие факторы повышают уязвимость, как самых младших, так и самых старших возрастных групп.На протяжении истории человечества смертность претерпела большие качественные и количественные изменения. Качественные изменения касаются ограничения роли экзогенных факторов смертности, количественные – коренной трансформации порядка вымирания, ведущей к увеличению средних сроков, проживаемых каждым последующим поколением. В соответствии с общей схемой периодизации демографической истории принято выделять три основных типа: архетип, традиционный и современный типы смертности. Архетип смертности был свойственен первобытным обществам с их практически полной зависимостью жизни человека от сил природы, а, следовательно, полновластным господством экзогенных факторов смертности. Продолжительность жизни в условиях архетипа смертности по оценкам специалистов составляла около 20 лет. Традиционный тип смертности начал формироваться еще до нашей эры – в эпоху рабовладения – и просуществовал минимум до середины XVIII века, а во многих странах, как, например, в России, до начала ХХ столетия. Его расцвет связан с развитием аграрной экономики, а упадок – с началом формирования индустриального общества. В рамках традиционного типа доминировали, по-прежнему, экзогенные факторы смертности, но их состав претерпел изменения. Если в рамках первого этапа можно говорить о том, что смертность определялась сменяющими друг друга периодами голода и эпидемий, то в рамках традиционного этапа контроль над экзогенными факторами выразился в увеличении периодов некризисной, «нормальной смертности», которая определялась условиями жизни и привычками поведения, которые были присущи большинству населения. Тем не менее, продолжительность жизни в условиях традиционного типа смертности остается крайне невысокой и оценивается в пределах 30-35 лет. Промышленные революции способствовали созданию материальных предпосылок для усиления социального контроля над смертностью. Несмотря на резкие противоречия, в целом прогресс промышленности, сельского хозяйства сформировали условия для развития социальной инфраструктуры, повышения благосостояния, прогресса науки, в т.ч. медицины. Переход к современному типу смертности в начале XIX в. начался только в небольшом числе наиболее развитых в экономическом отношении стран, уже в ХХ в. в процессе социального развития и распространения достижений медицины вовлекая в этот процесс все новые государства. За сравнительно короткий по историческим меркам предыдущих этапов период (менее чем за столетие) экзогенные факторы смертности не просто были потеснены, они впервые утратили свою главенствующую роль, уступив ведущие позиции эндогенно детерминированным причинам: болезням системы кровообращения и злокачественным новообразованиям. Продолжительность жизни за этот период выросла более чем вдвое, в большинстве развитых стран мира превысив отметку в 75 лет, а в некоторых и 80-летний барьер.В пределах одного исторического типа смертности всегда существуют различия режима смертности различных групп населения, которые объясняются его социальной, экономической, культурной, этнической, религиозной и иной неоднородностью, а, следовательно, своеобразием факторной детерминации смертности. Первые научные исследования дифференциальной смертности относятся к концу XIX в. и лишь в последней трети XX в. в развитых странах мира на повестку дня политики в сфере охраны здоровья был поставлен вопрос о необходимости сокращения различий в состоянии здоровья и смертности населения, связанных с социально-экономическими факторами. Это явилось мощным стимулом для активизации  исследований в этой области в различных регионах мира.Различия смертности мужчин и мужчин можно рассматривать как одно из проявлений дифференциальной смертности населения, связанной с его биологической неоднородностью. На протяжении большей части истории человечества продолжительность жизни женщин была, как правило, ниже, чем у мужчин. Эта ситуация складывалась, с одной стороны, за счет более низкого статуса женщин в обществе, а следовательно, худших в среднем условий жизни, с другой стороны – высоких рисков выполнения репродуктивных функций. Лишь с утверждением современного типа смертности соотношение ее у мужчин и женщин изменилось в пользу последних. Социально-экономическое развитие изменило положение женщин в обществе и  существенно ослабило также влияние факторов смертности связанных с материнством, в том числе и в результате снижения рождаемости. Более того, в рамках современного типа на смену устраненным экзогенным факторам, которые были более опасны для жизни женщин, пришли другие, более опасные для мужчин. В результате, на протяжении большей части ХХ в. разрыв в продолжительности жизни мужчин и женщин увеличивался. И только в конце ушедшего столетия в результате реализации целенаправленных мер по контролю специфически мужских факторов риска (курение, алкоголь, производственный травматизм и т.д.), в наиболее развитом регионе мира  этот разрыв удалось стабилизировать и даже сократить.Историческая эволюция режима смертности, связанная с ограничением роли экзогенных факторов порождала иллюзии о возможности их полного контроля. Однако реальная жизнь оказалась намного сложнее. С одной стороны, распространение современной цивилизации действительно увеличивает возможности для устранения привычных экзогенных факторов во все более широких группах населения, добиваясь более справедливого распределения условий человеческого развития. С другой стороны, цивилизация сама в ходе своего развития порождает новые, враждебные человеку как биологическому виду, экзогенные факторы смертности, преимущественно техногенной природы. В этом смысле можно говорить о постоянстве роли экзогенных факторов, но модернизации механизма их воздействия. Вместе с тем, современный этап развития науки вплотную подошел к возможности воздействия на эндогенные факторы смертности, связанные с замедлением процессов старения и увеличения периода высокой жизнеспособности. Таким образом, следующий этап эволюции смертности возможно окажется первым в истории человечества периодом ограничения эндогенно детерминированной смертности. А. Иванова